Дорогие форумчане и гости нашего форума! МЫ ПЕРЕЕХАЛИ!! Это наш новый адрес: msfiction.ru. Мы будем очень рады увидеться с вами в нашем новом доме!


АвторСообщение
Сокровище Слизерина




Сообщение: 117
Настроение: замечательно - вздорное
Репутация: 4

Награды: :ms02:
ссылка на сообщение  Отправлено: 25.07.12 21:18. Заголовок: История любви в городе у Черного моря /ЯЛ-оридж/


1. Название: Город у Черного Моря или История Большой Любви
2. Автор: Наталия Милютина, Бэта: Татьяна Старцева гамма местами Алиса Кайгородцева
3. Рейтинг: от G до NC-17
4. Пейринг: Юрий/Вика, Андрей/Наталья, Влад/Снежана, Витя/Аня. Светлова/Орлович, Сабина/Дэн и другие
5. Основа: фантазия на тему: «Возможный прототип Гордеева, его жизнь, похожая на «Я лечу», возможные прототипы персонажей сериала»
6. Жанр: романтика, мелодрама, детектив.
7. Размер: макси
8. Саммари: История про то, кто и как в жизни смотрит "Я лечу".
9. Права принадлежат автору!
10. ЗАКОНЧЕН

От автора:
В небольшом городе у моря живет и работает Варшавский Юрий Михайлович, хирург от Бога, нейрохирург, бросивший Москву и вернувшийся в свой родной город. Он работает в местной областной больнице.
В мединституте этого же города решили провести эксперимент: со второго курса основные медицинские дисциплины ребята изучают практически в отделениях местных больниц. На третьем курсе им предстоит изучать хирургию и травматологию в областной больнице, где работает доктор Варшавский, которого назначают ребятам в кураторы. А он ненавидит студентов!
Персонал областной больницы и студенты обожают смотреть сериал "Я лечу".

Время, сталкиваясь с памятью, понимает, как оно бесправно Благодарность: 0 
ПрофильЦитата Ответить
Ответов - 79 , стр: 1 2 3 4 5 6 Все [только новые]


Сокровище Слизерина




Сообщение: 139
Настроение: замечательно - вздорное
Репутация: 4

Награды: :ms02:
ссылка на сообщение  Отправлено: 08.08.12 23:41. Заголовок: Наташа и Андрей подъ..


Наташа и Андрей подъехали к большому красивому дому в районе, прозванном жителями городка Царскосельским. Андрей помог жене выйти из машины.
- Добро пожаловать! – Воронцов жестом пригласил Наташу.
- Да, домик ничего, не маленький, - Наташа, улыбаясь, рассматривала дом.
- Надеюсь, в скором времени вы переедите сюда, - Андрей слегка подтолкнул жену к дому. – Проходи, ты – хозяйка.
Воронцовы вошли в дом. «Как всегда – безупречный вкус! Детям здесь понравится», - подумала Наташа, рассматривая будущее жилье. Почти час она бродила по дому, удивляясь тому, как все было сделано.
- Ну, как домик? – спросил Андрей. – Понравился?
- Такое впечатление, что дом обставляла я. Просто не дом, а мечта.
- Наверное, за то недолгое время, когда все у нас было хорошо, я перенял твой идеальный вкус.
- Вот как? Воронцов, а что мы скажем детям?
- Детям? Подожди-ка, ты моя жена, я твой муж, мы ничего такого не творим, мы просто вспоминаем, как это – быть счастливыми.
- Но они… Они отвыкли от того, что мы вместе.
- Точнее не привыкли, ты это имела в виду?
- Откинь все, я соскучилась по тебе за 12 лет! – Наташа обняла мужа. Их губы слились в поцелуе. Наташа закрыла глаза, любовь ее уносила туда, где было хорошо, спокойно и тепло.
Сколько прошло времени? Наташины глаза, блуждая по комнате, искали часы. Андрей прижал жену к себе и прошептал ей на ухо:
- Не ищи часы, в спальне их нет.
- Почему? – она удивленно посмотрела на мужа.
- Потому что сегодня я счастлив. А счастливые часов не наблюдают.
- Воронцов, мне пора, дети будут волноваться.
- Я тебя никуда не отпущу. Позвони и предупреди, что ты у меня.
Наташа задумалась и прошептала, то ли оправдываясь, то ли уговаривая себя:
- Вика на ночном дежурстве, Влад в клубе. До утра они не узнают, что их мама сошла с ума.
- Наташка, я люблю тебя, и не хочу терять ни секунды. Я уже потерял 12 лет! – он поцеловал жену, и его рука заскользила по ее бедру. Еще мгновение и для этих двоих в мире никого больше не существовало.

Когда Юра ушел из ординаторской, Вика вылезла из шкафа.
- С возвращением. Кажется, Варшавский просто пришел, чтоб тебя посадить писать истории болезней. Это такой метод: на всех наорал, на всех наехал, а причина проста – не хочет писать истории.
- Это он из-за «двойки» решил меня заставить писать.
- Из-за какой двойки? А ну-ка рассказывай, - Иванская выгнула брови от удивления.
- Да так. Нам Юрий Михайлович дал задание заполнить опросные листы и истории болезней. А у меня двое больных во второй палате, одна из них – Майя Петровна. Пока я была на операции, она все мне написала, а Юрий Михайлович поставил «двойку».
- И был прав, - констатировала Иванская. – История болезни – это важно. Так что давай, исправляйся. Дуй в хирургию, найдешь Варшавского, скажешь я прислала, и не вздумай сказать, что сидела в шкафу! – Светлана Александровна рассмеялась.
Вика подошла к ординаторской хирургического отделения и постучала.
- Входите, - она услышала ЕГО голос.
Вика осторожно вошла, Юра лежал на диване, прикрывшись медицинским журналом. Вика прикрыла дверь и тихо сказала:
- Юрий Михайлович, меня прислала Светлана Александровна, сказала, что Вам нужна помощь.
Юра, не вставая и не открывая лица, показал рукой на стол, где лежали истории болезней.
- Доктор Воронцова, надо разобраться с историями болезней, заодно отработаете свою «двойку».
- Хорошо, Юрий Михайлович, я все сделаю.
Вика села за стол. Она взяла первую историю болезни, включила компьютер и быстро начала вводить. Юра из-под журнала наблюдал за Викой. Девушка сосредоточенно вчитывалась в документы и быстро печатала. Юру умиляла та серьезность и старательность, с которой работала Вика. Спустя час наблюдений из подтяжка, Юра не выдержал. Он встал, подошел к Вике и тихо спросил:
- Доктор Воронцова, кофе хотите? - девушка смутилась, она посмотрела на Юру, пожала плечами, покраснела. Юра улыбнулся, положил руку на ее плечико и практически шепнул. – Сейчас я принесу кофе.
Юра вышел из ординаторской, он был готов лететь, ведь рядом была Она, его маленькая Сказка. Он подошел к автомату, взял два кофе и вернулся в ординаторскую.
- Держите кофе, Виктория, - Юра протянул девушке стаканчик. – Много еще бумаг?
- Нет, осталось две истории, - Вика смущенно улыбнулась и взяла кофе.
- Отлично, заканчивайте, и будем смотреть историю и снимки Рублевой. В субботу операция. Надо подготовиться, а тут такой случай подвернулся, - Юра улыбнулся.
Через десять минут Вика закончила работу с историями болезней. Она сложила их в алфавитном порядке и обратилась к Юре:
- Юрий Михайлович, я все закончила, - Юра подошел к столу, взял стопку документов и убрал их.
- Ну, что, доктор Воронцова, давайте готовиться к операции, - он включил экран и повесил снимки Рублевой. Вика подошла к экрану практически вплотную, Юра стоял за ее спиной. Он вдыхал медовый запах ее волос, наслаждался ее присутствием. Юра говорил о панкреатите, показывал на снимках очаги максимального поражения, а мыслями сдерживал себя, сдерживал, чтоб не испугать ее, не обидеть свою маленькую Сказку. – …И зашиваем нашу больную. Кстати шить будете Вы, доктор Воронцова.
- Я? Юрий Михайлович, она же очень тяжелая больная, я боюсь, - глаза Вики округлились. Юра рассмеялся. «Боже! Какая же она прелесть!»
- Чего же Вы боитесь, Виктория? Вы замечательно зашили всех пациентов прошедших через Ваши руки. А эти ручки, похоже, золотые, - он взял Викины руки своими огромными ручищами. Ему хотелось расцеловать эти нежные маленькие ладошки, Юра еле сдерживал себя. – Доктор Воронцова, шить будете Вы. Все, - он отпустил Викины руки. – Идите, Виктория, надеюсь, что в эту ночь все будет спокойно, и завтра на занятиях Вы не будете спать. Идите, Виктория.
- Спасибо, Юрий Михайлович. Я постараюсь оправдать ваше доверие, - смущенно ответила Вика. Она опустила глаза и вышла из ординаторской.
«Варшавский, держись! Еще мгновение и ты совершил бы не поправимое. Сначала решаем все проблемы, а потом,… а потом все будет можно! Держись!»

Влад проснулся как обычно, не смотря на посещение ночного клуба, быстро собрался, позавтракал. Парень бросил взгляд на часы. «Восемь, а мамы уже нет. С чего это она так рано?» Влад немного удивился, однако надо было ехать за Снежаной и спешить на занятия. Он не придал значения отсутствию Наташи.
Утро в больнице прошло тоже без происшествий. В приемный покой ночью больные не поступали, в хирургии тоже было тихо. Варшавский с полночи проспал до семи утра, никого не напрягая. День обещался быть спокойным.
Студенты собирались в комнате отдыха. Когда Вика вошла, ее подозвал брат.
- Викуль, ты не знаешь, чего мама сегодня сбежала из дому еще до восьми утра?
- Так рано? Может они с отцом куда-то собрались?
- Ты думаешь? А как же 12 лет…
- Влад, она же его любит, главное, чтобы папа маму опять не обидел.
- Я поговорю с ним.
- Не лезь в дела взрослых. У тебя есть Снежана, поговори с ней, а предки сами разберутся. Жаль, ты не видел этого зрелища: папа на коленях перед мамой! Я еле сдержалась, чтоб не вломиться в гостиную.
- Я бы не удержался. Да, наверное, девочки взрослеют быстрее нас.
Снежана подошла сзади и обняла Влада. Он тут же повернулся к ней и поцеловал девушку. Рядом целовались Игнатов и Рожко.
Вика посмотрела на часы, до начала занятий осталось десять минут. Она вышла из комнаты отдыха и пошла в класс. По дороге ее окликнул Варшавский.
- Доктор Воронцова, Вы не поможете мне взять плакаты в ординаторской?
- Конечно, помогу, Юрий Михайлович, - Вика улыбнулась грозному куратору.
Они пошли в ординаторскую, Юра отобрал материалы для занятия. Он протянул Вике два плаката, взял какие-то снимки, книги и они пошли в класс. Юра не стал вывешивать наглядные материалы. А когда все студенты были в сборе, он начал занятие с загадки:
- Господа, случай из ежедневной практики. Женщина, 48 лет, все признаки гепатита на лицо кроме анализов. Нет вируса. А пациентка желтая, как китаец.
- Это может быть механическая желтуха, - высказал предположение Влад.
- Может.
- Нужно ее осмотреть, провести пальпирование, может там узлы обнаружатся, может опухоль, Вы не задавали бы вопрос, если бы ответ был столь простым, - Влад улыбнулся.
- Доктор Воронцов абсолютно прав. Кстати, больной Зюкин уже покинул наше отделение. Утром его направили в травму, переломы долечивать. Так что доктор Воронцов, палата номер восемь больная Егорова. А для общего развития доктор Орлович нам вкратце расскажет о гепатите. Только кратко!
- Гепатит – поражение печени различной природы. По клиническому течению гепатиты делят на острые и хронические. Для правильного лечения и профилактики заболевания применяют разделение гепатитов по этиологическому принципу.
- Достаточно, доктор Орлович. Итак. Диагноз гепатита в выраженных случаях не представляет затруднений. Опорным пунктом являются: анамнез, наличие желтухи, увеличение печени, селезенки, данные лабораторных исследований, - Варшавский рассказывал ребятам о болезни, методах ее лечения, различных видах и формах. Студенты записывали за куратором.
- Юрий Михайлович, а при чем тут хирургия? – переспросила Снежана. – Гепатиты лечатся консервативно, я, например, не слышала, чтоб оперировали гепатит.
- Абсолютно справедливо, доктор Смерть. – Варшавский улыбнулся. – Однако гепатиты преподносят сюрпризы хирургического плана. Например, - Юра скроил крайне злобную улыбку. – Нам об этом в понедельник расскажет доктор Воронцов. Осмотрит больную, поставит диагноз, и будет ассистировать на операции, если угадает с диагнозом. Всем спасибо занятие окончено, - Юра на прощание кивнул студентам и ушел.
- Во, попал! – Влад почесал затылок. – Кто меня за язык тянул.
- Не парься друг, пошли к твоей больной. Осмотрим, вылечим, все будет в лучшем виде! – Игнатов похлопал друга по плечу.
Студенты разошлись по больным.

Утро в офисе компании «Империал» началось необычно. На ежедневное совещание, которое начиналось ровно в девять, не пришел хозяин и генеральный директор Андрей Владиславович Воронцов. Подчиненные прождали его до половины десятого. Финансовый директор компании, нервно поглядывая на часы, обратился к секретарю Воронцова:
- Вячеслав, Андрей Владиславович вчера Вам ничего не сказал по поводу сегодняшнего дня?
- Нет, - секретарь Воронцова пожал плечами. – Он вчера уехал в районе полудня и больше не возвращался.
- Прошу Вас наберите Андрея Владиславовича, надеюсь, с ним все в порядке, мне не нравится это.
Вячеслав быстро набрал номер шефа и включил громкую связь. Гудки, гудки… Наконец Воронцов ответил:
- Алло, какого черта?
- Андрей Владиславович, - голос финансового директора подрагивал. – Уже почти десять, а Вас нет, мы переживаем.
- Переживаете? Вы? Отдыхайте, бездельники меня до понедельника не будет, - Воронцов чертыхнулся. – Да, и еще, нечего мне звонить! Я тоже человек, и мне нужен отдых! – Андрей отключился.
Подчиненные переглядывались. Удивлению не было предела. В компании «Империал» действовало правило: сначала работа, потом работа опять. А услышать от самого главного про отдых… это было из разряда фантастики. За последние лет пятнадцать Воронцов не отдыхал ни разу.
Поведение Андрея больше всего смутило начальника отдела рекламы, высокую стройную брюнетку с красивой фигурой. Илона давно подбивала клинья к Воронцову, правда безрезультатно. Ее не смущало то, что у него жена, двое детей. Андрей ведь не жил с ними, а его денег хватило бы ни на две, а на двадцать две семьи. Каждый раз, когда Илона приносила Воронцову на подпись проекты, она пыталась преподнести себя главному, а он не замечал ее красоты и молодости. В компании шутили, Воронцов женат на работе! Правда она видела несколько раз, как Андрей вызывал девушек из компании «эскорт – услуг». Девушка себя утешала: раз вызывает проституток, значит, у него никого нет. Илона уловила в телефонном разговоре то, на что другие не обратили внимания: рядом с Андреем кто-то был. Интуитивно девушка ощущала, это дыхание женщины.
- Проект покажете мне, - от размышлений ее оторвал голос первого зама Воронцова.
- Да, хорошо, вот, пожалуйста, - Илона растерянно протянула папку заму.
Она вышла из зала заседаний расстроенная и разозленная. «Интересно, чем та другая лучше меня? А может опять эскорт, - она попыталась успокоить себя. Но злобный червь сомнений крутился в мозгу. – Тогда почему он так разозлился, когда ему позвонили? И почему взял выходные?» Илона решила выяснить, что случилось с ее недосягаемой мечтой.

Воронцов был дико возмущен утренним звонком. Прижав к себе жену, он гневно возмущался:
- Как тебе нравится, они что думают, мне совсем не надо отдыхать? Или все уверены, что я робот?
- Просто ты сам создал имидж женатого на работе, - Наташа удобно расположила голову на груди Андрея. – Когда ты вот так вот последний раз отдыхал?
- Пятнадцать лет назад, а может и больше. Не помню.
- И чему же ты тогда удивляешься?
- Тому, что столько лет был непробиваемым идиотом.
- Идиотом?
- А так же дураком, и законченным мерзавцем.
- Воронцов, завязывай с самобичеванием, - она поцеловала мужа.
- Наташка, я совсем забыл, какая ты сумасшедшая!
- Ну, так я напомню, - руки Наташи заскользили по торсу Андрея. Ее губы нежно касались его груди. Воронцов медленно заводился.
- Что ты делаешь, - его дыхание участилось. – Наташка, - Андрей перехватил руку жены, и вот уже он ласкал ее, смотря в бездонные серые глаза…
Она откинулась и рассмеялась. Андрей устало посмотрел на счастливую жену и прошептал:
- Я так соскучился по твоему смеху!
- Воронцов, мне давно не было ТАК хорошо. Я давно не испытывала ничего подобного.
- Наташка, скажи мне, только честно… - Андрей замялся.
- Никого кроме тебя у меня не было, - Наташа рассмеялась. – Так что готовься отдуваться за все годы простоя, - ее рука снова шаловливо проскользнула по его груди.
- Дай мне минут десять, не забывай, что я – старый, уставший дядька. Наташка, 10 лет разницы меня пристукнули слегка.
- Ты? Старый? Ау, Воронцов, у тебя жена молодая!
- А еще умная, мудрая и красивая.
- Андрюха, не подлизывайся, десять минут истекают, - Наташа рассмеялась.

Влад и Виктор вошли в палату номер восемь. В палате лежали две дамы около пятидесяти. Влад поздоровался и спросил:
- Простите, кто – больная Егорова?
- Я, - женщина лежащая у окна слегка приподняла руку. Влад подошел и присел рядом. Внешне все говорило о желтухе.
- Я должен провести осмотр. Доктор Варшавский закрепил меня курировать Вас. Скажите, давно у Вас появились признаки гепатита, я имею в виду появление пожелтения кожи, глазных яблок?
- Где-то с месяц. Я раньше в гастроэнтерологии лежала. А вчера меня перевели сюда.
- Понятно. Посмотрим, - Влад внимательно пропальпировал больную, посмотрел историю болезни. - Так, жалобы на боли в правом подреберье, общая слабость, тошнота…
- Особенно когда встаю, - уточнила больная.
- Ага,- Влад задумался. - Далее мы имеем темную мочу, бесцветный стул, ярко выраженное пожелтение кожи. Короче… - Влад про себя подумал: «Похоже опухоль. Там прощупываются какие-то уплотнения, Так, а что анализы?» В слух он выдал. - Похоже, ничего страшного, просто что-то съели не то, а печень не приняла, - Влад улыбнулся больной. - Все не страшно, не волнуйтесь.
Кивнув головой Виктору, Влад вышел из палаты. Он посмотрел на Виктора и вздохнул:
- Я посмотрел на анализы. Понимаешь, там анализ ГГТ нормальный.
- ГГТ?
- Анализ ГГТ применяется в диагностике заболеваний печени и других органов желудочно-кишечного тракта. Так называемый анализ гамма – глутамилтрансферазы. Если все в пределах нормы, значит, никакой механической желтухи нет. А с учетом результатов пальпирования,… все, я лечу к Варшавскому.
- Уверен?
- Думаю, да.
- Лучше еще поговори с больной, может, она забыла что-то рассказать. Ну, например, куда-то ездила, что-то ела,… подумай, покрути тетку. Моя интуиция подсказывает, что врачи что-то упустили.
- Думаешь? Давай еще раз глянем рентген, - ребята подошли к окну и стали рассматривать снимки. - Слушай, Влад, по рентгену – цирроз.
- А я о чем? Надо бы биопсию провести.
- И? Если положительно, то каюк, а если доброкачественно?
- Доброкачественно, говоришь? Тогда… - Влад задумался. - Тут понимаешь, есть один вариант, более привлекательный и менее опасный… надо сделать эозинофилию и проверить кожную реакцию Каццони. Тогда… Витек, тогда у тетки есть шанс не помереть! Подожди меня тут!
Влад вернулся в палату. Он подошел к больной Егоровой и спросил:
- У Вас есть домашние животные?
- Конечно, и собачки, и кошечки. Я живу в частном доме.
- Вот и отлично, скоро будете бегать! - Влад сиял, у его больной появился шанс.
Влад практически выскочил из палаты, размахивая руками, и тут же столкнулся с Варшавским, отчитывавшим Виктора.
- Поэтому доктор Игнатов, Вы должны быть сейчас у своего больного, - в этот момент на Юру налетел Влад. - О как! Воронцов, отчего такая радость?
- Юрий Михайлович, тут Егорова… в общем у нее дома и кошки, и собаки, надо бы сделать эозинофилию и проверить кожную реакцию Каццони. Похоже у нее эхинококк.
- Эхинококк? - Юра внимательно посмотрел на Влада.
- Ну, да, ГГТ в норме, а на рентгене – цирроз, я пропальпировал больную там уплотнения. Если есть опухоль, эозинофилия и положительная кожная реакция Каццони решают нашу диагностическую задачу.
- Отлично, доктор Воронцов. Идите к Пион, сошлитесь на меня, и пусть делают анализы. Будем лечить.
Юра пожал ребятам руки и ушел. Влад и Виктор стояли, глядя друг на друга, не понимая, с чего это «Я лечу» такой милый прямо с утра.

В общем и целом первая неделя практики прошла достаточно нормально. Студенты плавно втягивались в распорядок и правила хирургического отделения. Медперсонал привыкал к ребятам. Куратор вроде бы смирился с необходимостью обучать «этот детский сад, эту белую биомассу». Подведение недельных итогов было назначено на четыре часа. Студенты собрались в учебном классе. Ребята болтали, ожидая грозного куратора. Юра ворвался, как обычно, громко:
- Рассаживаемся быстренько! Итак, господа студенты. Неделя пролетела в одно мгновение. Буду предельно краток и корректен. Я на первом занятии обрадовался тому, что среди вас не увидел хирургов. Если честно, то и врачей тоже. Но! Признавать ошибки – удел сильных. Поэтому, доктор Орлович, признаю, Ваши энциклопедические познания достойны уважения. Далее, доктор Воронцов, мои поздравления. Диагноз абсолютно правильный, у больной действительно эхинококк. И еще, чисто по-человечески, Вы молодец, - куратор загадочно улыбнулся. - Далее. Доктор Воронцова, нейрохирургом Вы станете врятли, но хирургом хорошим Вы стать можете. У Вас руки растут оттуда, откуда надо. Остальные пока еще не проявили себя ярко, но вы только неделю здесь, и, я думаю, у группы 13-М-666 все впереди. Вопросы есть?
- Есть, когда операция у больной Егоровой? – Влад удовлетворенно покачивался на стуле.
- Операция у больной Егоровой? – Варшавский улыбнулся. – А какая?
- Вообще-то, удаление эхинококкового пузыря.
- Доктор Воронцов, а известно ли Вам о возможных последствиях такой операции?
- Юрий Михайлович, последствий будем избегать. В идеальном варианте удаление проходит без вскрытия полости пузыря, тем самым исключается возможность инфицирования брюшной полости. Да, я еще тут вычитал, что в последнее время очень перспективным направлением является закрытая эхинококкэктомия под УЗ – контролем. В этом случае лечение проводится без травматичной операции.
- Вы думаете, что с больной Егоровой…
- Юрий Михайлович, я не уверен, что можно обойтись без полостной операции, но уверен, что Вы можете обойти последствия, возможные при этом, - перебил Юру Влад.
- Даже так? Доктор Воронцов, готовьтесь, в понедельник, в два, Вы мне ассистируете Егорову.
- Не подведу, Юрий Михайлович, я подготовлюсь, обязательно, - глаза юноши засияли. Ему доверил САМ Варшавский.
- Еще вопросы? – ребята молчали. – Ну, вот и замечательно. Всем спасибо все свободны до понедельника, – ребята стали собираться. Юра на секунду задумался. – Да, доктор Воронцова, завтра операция Вашей Рублевой, надеюсь на Ваше присутствие.
- Конечно, Юрий Михайлович, я обязательно буду.
- Вот и отлично. Операция в 12, Вы в бригаде, быть в 10, - Юра хлопнул в ладоши, потер довольно руки. - Остальным – до понедельника, - он вышел.
Ребята переглянулись. Снежана обнимала за плечи довольного Влада, Игнатов и Рожко, как всегда, слились в поцелуе. Инна, пожав плечами, заметила:
- Что-то с куратором ни того. Говорят все, что Варшавский – зверь, а он вроде как нормальный.
- Инночка, - Влад улыбался, расслабленный массажем, который начала делать Снежана. - Староста ты наша неугомонная. Просто завтра у него операция с результатом на грани дубль – пусто. Другой на его месте просто бы сошел с ума, а этот на нас успокоился игрой в благородство, а сейчас в отделении все будут летать. Пора быстро сматываться из больницы, пока Фантомас не разбушевался.
Ребята рассмеялись и потянулись в комнату отдыха собираться по домам.

Пятница заканчивалась весьма спокойно. Юра сидел в ординаторской. «Завтра я снова ее увижу. А потом воскресенье, ночное. А в понедельник – занятия до пятницы». В открытое окно ординаторской влетел крик с улицы. Юра подошел к окну, чертыхнулся и быстро побежал вниз.
Ребята вышли на крыльцо, пока парни курили, девушки оживленно обсуждали, куда сходить вечером. В это время подлетела «скорая», дико воя сиреной. У входа в больницу разыгрывалась драма. Санитары быстро выкатили больного и оставили его у крыльца. Студенты с любопытством наблюдали за происходящим. Вдруг Аня подлетела к больному, схватила его руку и начала быстро делать искусственное дыхание и непрямой массаж сердца. Девушка на вдохе возмущенно бросила врачам «скорой»:
- Вы все ослепли? Он же умирает! – подлетевший к Ане Витя стал помогать подруге. Врачи «скорой» замерли. Вылетевший Варшавский, громко ругаясь, подхватил руку больного и, нащупав пульс, облегченно заметил:
- Рожко, Игнатов, больной жизнью обязан вам, - он посмотрел на врачей скорой, зло выругался и выдохнул. - Я со второго этажа увидел то, что вы в упор не видели прямо под носом. Скажите спасибо студентам.
- Юрий Михайлович, - Аня опустила глаза. - Так не заметили остановку сердца у моего дедушки год назад. Мне сначала просто показалось… когда я не нашла пульс…
- Не оправдывайтесь, Вы спасли его, - он обвел студентов глазами. - Так, 13-М-666, переодевайтесь, день продолжается, все готовятся к операции, -– он бросил врачам «скорой». - Что с ним? Ну, кроме того, что он чуть не умер?
Пока больного завозили в отделение, молодой доктор огрызнулся:
- Перитонит, кажется не первой свежести. И нечего кричать на нас, Михалыч. Это уже пятый за сегодня. Мы просто…
- Что? - глаза Варшавского налились кровью. - Что Вы сказали? Я даю слово, такой врач здесь работать не будет! Студенты среагировали быстрее Вас, а они целый день со мной! Поверьте, это не проще, чем выезжать к больным! - Варшавский орал на всю больницу и окрестности. - Игнатов, Рожко, ассистируете мне, - бросил на прощанье Юра и полетел готовиться к операции.
Ребята переглянулись, они быстро вернулись в отделение готовиться к операции.
Когда выключили в операционной лампу, Аня, Витя и Варшавский вышли к остальным студентам, следившим за работой.
- Игнатов, Рожко, - устало выдохнул куратор. - Я же говорил, это только начало. Вот и вы отличились. Всем спасибо, надеюсь, теперь точно прощаемся до понедельника.
Юра устало побрел из операционной. Работа была не сложной, но злость на халатность молодого врача переполняла его.

Вечер плавно укрыл город у моря. Она стояла у моря и вспоминала их последний разговор…
…Он не особо подбирал слова. Голос был жестким и холодным. Слова отбивались молоточками в голове.
- Ты обманула меня. Подставила. И теперь просто говоришь, что ничего не произошло! Сколько раз ты меня обманывала? Три, пять, сто пять раз? А, может, вообще правды не было?
- Послушай, - девушка старалась не смотреть мужчине в глаза. – Да послушай же ты! Я просто тебя люблю!
- Любишь? Поэтому постоянно врешь?
- Я боюсь тебя потерять, слишком вокруг много желающих быть с тобой! – крикнула в сердцах девушка.
- Ты меня никогда не находила! Я, идиот, просто повелся на твое очередное вранье!
- Ты – мой!
- Что?! – его глаза загорелись злобным огнем.
- Ты – мой, и всегда будешь моим!
- НИ-КОГ-ДА! Слышишь меня? Никогда! Из-за тебя сегодня погиб человек! Ты понимаешь, что стала убийцей?
- Не докажут!
- Докажут, я помогу. Тебе место в «психушке»! Даже не в тюрьме!
- Мой папа никому не позволит меня обидеть, даже тебе!
- Не позволит? Он уже купил тебе билет на самолет! Я с ним говорил еще вчера! Будь ты проклята! Надеюсь, никогда тебя не увижу! – он замахнулся, но, задержав руку, махнул и ушел…
- Ты – все еще мой! Только мой!..
«Не обманывай себя, он никогда не был твоим. Возможно, у него получится задуманное, и тогда… кроме банальной катастрофы, ты можешь залететь в тюрьму»…

Юра сидел у окна своей холостяцкой «двушки» и курил. «Это уже вторая пачка… Глаза… Черные бездонные… Скорее бы разрешить все свои проблемы… Господи, она такая маленькая, нежная!.. Эти золотые ручки… Черт, я совсем сошел с ума». Вдруг в голове нарисовалась картина, не дающая спать уже много лет…
Варшавский закончил операцию. Все прошло на удивление хорошо. Такого он еще не совершал! Опухоль в основании ствола головного мозга.
Ни один нейрохирург не взялся за этого больного. Ему отказали ведущие клиники мира. Жена больного плакала в коридоре, когда зав отделением нейрохирургии отказался делать эту операцию.
- Поймите, я не могу Вам гарантировать, что все пройдет успешно. Это головной мозг! А вдруг Ваш муж умрет во время операции? Подумайте, как врач будет жить с таким грузом. Случай Безнадежный!
- Олег Павлович, но шанс есть! – Юра в упор посмотрел на заведующего. – Я берусь за эту операцию.
- Варшавский, Вы сошли с ума?
- Нет, просто сейчас, для этих людей я - первый после Бога.
- Юрий, от скромности Вы не умрете.
- Я берусь!
Женщина с мольбой смотрела на Юру. Она вытерла слезы и сказала:
- Я подпишу любые бумаги, если муж… Я не буду Вас ни в чем винить! Пожалуйста! – женщина встала на колени перед заведующим. – Разрешите доктору! Умоляю!
Зав отделением сдался, Юра оперировал безнадежного и вырвал его из объятий смерти.
Через месяц больной уже мог сжимать руку жены, открывать и закрывать глаза, слегка приподнимать голову. Все шло к выздоровлению.
В тот роковой день навестить больного пришла его дочь, эффектная девушка лет 25-ти. Она расспрашивала Юру об операции, они шутили, смеялись, девочка радовалась выздоровлению отца. А вечером того же дня ее сбила машина. Кто-то сообщил отцу о смерти дочери и больной умер. Медсестра слышала низкий неприятный голос в палате, произнесший роковые слова:
- Вашу дрянь – дочь сегодня насмерть сбила машина.
Когда врачи прибежали в палату больного, им предстала страшная картина: мужчина ударился виском о край кровати. Отец не захотел жить, зная, что дочери нет на свете. Когда приехала в больницу его жена, случилась еще одна трагедия – женщина скончалась от обширного инфаркта. Три смерти вместо счастливой семьи. Расследование ни к чему не привело. Машина, сбившая девушку оказалась угнанной, сообщившего больному о смерти дочери тоже не нашли. Следователи все связали с бизнесом жены больного, но так как она умерла, то дело закрыли. В больнице облегченно вздохнули все, кроме Юры. Он догадался, откуда подул ветер смерти…
«Никто не должен знать пока о моей маленькой Сказке. Даже она. Пока я не закончу начатое».


Время, сталкиваясь с памятью, понимает, как оно бесправно Благодарность: 0 
ПрофильЦитата Ответить
Сокровище Слизерина




Сообщение: 140
Настроение: замечательно - вздорное
Репутация: 4

Награды: :ms02:
ссылка на сообщение  Отправлено: 08.08.12 23:42. Заголовок: Москва. Максим Макс..


Москва.
Максим Максимович Ржавый гордо выхаживал по кабинету заведующего нейрохирургическим отделением одной из столичных клиник. Почти десять лет он мечтал стать ведущим нейрохирургом этой клиники. Небесталанный доктор много трудился, много учился, но успех так и не замечал Ржавого. Постоянно везло другим. Сначала однокурсник, сын главврача больницы, во всем опережал его. Но в одно солнечное утро судьба улыбнулась, и главврач отослал сынулю в Германию. Только замаячило крыло славы, как выскочка из провинции перешел ему дорогу. Этот провинциал брался за все: любой, самый безнадежный случай, не задумываясь о последствиях для клиники, он оперировал и побеждал. Самые красивые женщины падали к ногам этого серого нахала. Ни один симпозиум не проходил без него. Даже зав нейрохирургией и главврач называли его не иначе, как «первый после Бога». А потом снова засияло солнце Ржавого. Что-то случилось у Черного моря и этот зазнайка, бросив все, уехал домой. Максим стал самым лучшим из имеющихся в клинике нейрохирургов. А сегодня, главврач вызвал к себе Максима и объявил, что назначает Ржавого заведующим отделением. Старый зав ушел на пенсию, и Максим остался единственной кандидатурой. Правда, была с утра одна ложка дегтя в бочке меда славы…
Главврач улыбался и поздравлял Максима:
- Дорогой ты мой, доктор Максим Ржавый. Сегодня ты возглавишь нейрохирургию! Вот приказ о назначении тебя заведующим отделением!
- Я? – Максим не верил своим ушам. Сначала он даже растерялся – А я справлюсь?
- Конечно! А кто ж еще? Не Димка же, мой сын работает в Германии, опыта у него больше, но ты же понимаешь, ГЕР-МА-НИ-Я! А Варшавского я приглашал, так он отказался, сказал, что в столице слишком шумно.
- Я справлюсь! – уверенно отрубил Максим. Упоминание фамилии главного соперника вселило в Ржавого стократные силы.
… И вот он миг славы, вот она удача собственной персоной! У него свой кабинет, мягкое кресло, большой диван! Что еще надо то в сорок лет? Вдруг раздался телефонный звонок. Номер не определился, но любопытство и возможность похвастаться достижениями взяли верх:
- Алло, зав отделением нейрохирургии Максим Ржавый слушает! - на том конце раздался злобный смех. Максим похолодел. Он узнал, он все понял! – Что Вам нужно?
- Ты помнишь, как стал убийцей? – проскрипел голос. – Ты помнишь, сколько горя ты принес людям, подонок? Вспомни! – в телефоне раздались гудки.
Максим упал на диван. Лоб доктора покрылся холодным потом. Этот скрипучий голос вернул его в прошлое, которое он так хотел забыть.

Влад, Витя, Аня и Снежана развлекались в ночном клубе. Малинины ушли, как обычно, в девять. Орлович и староста, попрыгав до десяти, тоже собрались домой. С ними ушла и Вика. Завтра братик будет спать, а ей рано вставать и в больницу: операция Рублевой.
Вика устало развалилась в кресле. Она посмотрела на часы, стрелки показывали начало двенадцатого ночи. Ее удивило отсутствие мамы. «Влад сказал, что в восемь ее уже не было. Сейчас полдвенадцатого. Ее еще нет. Странно все это». Девушка достала мобильный и набрала мамин номер. Ответили не сразу. От услышанного Вика чуть не скатилась на пол:
- Алло, Викочка, мама до понедельника остается у меня. Надеюсь, ты с братом тоже скоро сюда переедешь, - голос отца был тихим и как никогда ранее нежным, добрым и мягким.
- Да, пап, - все, что смогла ответить Вика.
- Тогда спокойной ночи, и не волнуйтесь, с мамой все хорошо.
Гудки в телефоне пищали еще несколько секунд, пока Вика пришла в себя. Она быстро набрала брата.
- Влад, мама переехала к папе. Они хотят, чтоб мы тоже переехали жить в Царскосельский! Как тебе? – на том конце Влад молчал. – Ау, Воронцов – младший, ты что, язык проглотил? – кроме тяжелого дыхания других звуков брат издать не мог от удивления. Через минуту он пришел в себя:
- Вика, это шутка?
- Нет, я только что маме звонила, ответил папа. Надеется, что мы тоже туда переедем.
- Та-а-а-ак! Кажется, мне улыбнулась удача, сестренка! Я очень рад за предков! Поговорим утром! Дело к тебе нарисовалось! – голос Влада просто звенел, выдавая радость.
«Не думала, что его так обрадует альянс родителей! Братик всегда прохладно относился к отцу, и вдруг так обрадовался. Ладно. Утро вечера мудреней», - подумала Вика и пошла спать.
Рано утром Вика вскочила под звенящий будильник. Как всегда, зарядка, душ, завтрак. Войдя на кухню, Вика чуть не упала от удивления: на столе стояла ее любимая овсянка с шоколадом, крепкий ароматный кофе, а за столом ее ждал брат.
- Владик, что это?
- Взятка, Викуль, банальная взятка брата сестре.
- Зачем?
- Ну, раз предки опять вместе, в большом доме, в крутом месте, ты тоже переедешь туда, а я поживу тут, ну… ну, ты меня понимаешь?
- Кажется, понимаю, - Вика улыбнулась и села завтракать. - А мама тебе разрешит Снежанку перевезти сюда? Или вы с ней сами с усами?
- Ты же знаешь, мама у нас неисправимый демократ! Останется мне только адмирала очаровать и увести у него дочь.
- Не боишься, что он тебя…
- Зарэжэт? – перекривил кавказский акцент Влад. – Не боюсь, я просто люблю его дочь. Это же так прекрасно! Любовь, семья, а там и дети… - мечтательно потянул Влад.
- Эй, братик, ты о чем? – Вика чуть не подавилась кашей от смеха.
- Как о чем? Я – о вечном! А ты о чем подумала, маленькая развратница? – Влад рассмеялся. – Только тебе, думаешь, можно в ночном клубе танцевать?! Я тоже хочу! – брат картинно закатил глаза.
- Ну-ну, братик. Не забывай, у нас еще есть два деда и две бабушки. И если Воронцовым будет эта ситуация весьма параллельна, то рассчитывать на понимание Смирновых не приходится. Дед тут же будет нудить своей адвокатской терминологией, а бабуля правильностью суждений о нашем поведении даже Статую Свободы доведет до инфаркта.
- Поэтому и взятка, Вик, ты будешь меня поддерживать, если на меня все нападут!
- Понятно, ладно, тогда ты моешь посуду, убираешь дома, а я на операцию Рублевой. Осталось мало времени. Не хочу опаздывать.
- Давай, наша надежда нейрохирургии. Я все сделаю.
Вика быстро собралась и убежала в больницу. Влад, тяжело вздохнул и засунул посуду в посудомоечную машину.
- Будь благословен, придумавший сей механизм! – провозгласил Влад и нажал кнопку «пуск».

В больнице с утра все гремело! Варшавский носился по больнице и на всех орал. Сначала ему попались двое больных с язвой, куривших втихаря на лестнице. Юра налетел на мужчин как коршун. Море ненормативной лексики, конфискованные сигареты, и прописанные срочно капельницы. Следующей оказалась медсестра, которая должна была эти капельницы ставить. Затем Юра вызверился на Бухтеева, мирно дремавшего в ординаторской. Далее под руку попалась тетка, навещавшая кого-то из больных. Пыл Варшавского остудило появление Вики. Запыхавшаяся девушка вбежала в отделение и тут же столкнулась с Торнадо по имени Юра. Варшавский резко затормозил, посмотрел на часы и спокойно бросил:
- У Вас десять минут, доктор Воронцова. Ровно в десять вся бригада собирается в ординаторской.
- Юрий Михайлович, я буду вовремя.
- Надеюсь, - остывший гений мирно поплелся по коридору. Ему уже не хотелось ни на кого кричать. Рядом была ОНА!
Вика быстро влетела в комнату студентов, переоделась, и отправилась в ординаторскую. Было без трех минут десять.
- Вы пунктуальны, доктор Воронцова, - Юра, сидевший рядом с Георгием Марковичем на диване, нахмурился. – Чего не могу сказать о реанимационной бригаде и анестезиологе.
- Тишман будет через пять минут, - не открывая глаз, выдал Бухтеев. - Михалыч, ураган прошел? Или детей пугать будем? - прошептал он прямо в ухо Юре.
- Все в норме, ждем этих прохвостов и начинаем подготовку.
Спустя десять минут вся бригада была в сборе. Бухтеев и Вика стояли у экрана со снимками, реаниматоры присели на диван, внимательно выслушивая рекомендации и наставления Варшавского. Анестезиолог что-то записывал.
- Итак, надеюсь, я доходчиво объяснил основные моменты. Реанимация, вы меня поняли? Кровь, дефибриллятор, адреналин, все должно быть под рукой. Какая группа крови? - Варшавский посмотрел на старшего бригады реаниматоров. Тот молчал. Глаза Юры зло блеснули.
- Вторая, положительная, - Вика посмотрела Юре в глаза.
- Спасибо, доктор Воронцова, Яша, - он посмотрел на Тишмана.
- Юра, - анестезиолог понимающе кивнул.
- Виктория, к вам личная просьба – внимательно следить за всем происходящим. Операция сложная, случиться может все, что угодно. Вы еще молодая, глаз не замылен, внимание не рассеяно. И в конце шьете.
- Я поняла, Юрий Михайлович. Все будет хорошо, - голос Вики звучал очень уверенно и по-взрослому.
- Тогда, - Варшавский посмотрел на часы. - Господа, с Богом, половина двенадцатого. Все мыться.
Последняя подготовка, Вика одела операционный «наряд». Остались только глаза и руки. Она тщательно помылась, посмотрела на Юру и Бухтеева. Варшавский кивнул в сторону последних дверей операционной. Там уже лежала больная Рублева. Хирурги вошли, зажглась операционная лампа. Анестезиолог тихо сказал больной:
- Считайте от десяти в обратном порядке, - на цифре «пять» она заснула.
Юра обвел взглядом бригаду, посмотрел на Вику, улыбнулся под маской и выдохнул:
- Скальпель, тампон, все готовы? - бригада закивала. - Тогда поехали, - он сделал надрез. - Зажим... Еще зажим… Пот… расширитель, еще зажим… Хорошо, тут не так и страшно… Маркович, ну и как тебе?
- Нормально, - Бухтеев очень внимательно осмотрел «полигон для работы». - Не так страшно, как на рентгене.
- Давление? - Варшавский работал быстро и точно.
- Норма.
- Хорошо, так, а вот и оно… сушить… еще, сушить… Молодец, доктор Воронцова.
- Юрий Михайлович, правее очаг, - голос Вики дрогнул.
- Вижу, девочка, вижу. Иду на Вы!.. Так, суши… еще, суши, молодец!..
Операция шла спокойно. Осложнений и кровотечений удалось избежать. В конце Юра выдохнул:
- Ну что, ревизия и шьем, - он быстро проверил работу и улыбнулся в повязку. – Доктор Воронцова, шьем, шьем в темпе.
Вика быстро зашивала. Бухтеев и Юра улыбались. Георгий Маркович заметил присутствующим:
- Вот вам, господа, мастер-класс по вязанию узелков. Не швея, а ювелир!
- Георгий Маркович, - Вика смущенно опустила голову.
- Виктория, не нужно стесняться, у вас отлично получается, - Юра улыбнулся. - Так, не расслабляться. Рублеву сейчас в реанимацию, я прошу Вас подежурить немного, думаю, скоро она отойдет от наркоза.
- Хорошо, Юрий Михайлович, я подежурю.

Влад набрал номер Снежаны. В мобильном заиграла приятная музыка. Девушка ответила:
- Приветик, дорогой
- Привет, Счастье мое. Тут такое произошло! Прикинь, мои предки опять вместе, мама уже переехала к отцу, в ближайшие дни там же окажется и моя любимая сестричка. Так что территория Любви будет полностью в нашем распоряжении!
- Влад, - голос девушки мягко лился из телефона. - А если Вика…
- Она со мной согласна, Снежинка, Викулька у меня не просто замечательная сестра, она – наш Ангелочек! Так что я лечу за тобой. Сестренка работает в поте лица под надзором «Я лечу», маман с папан вспоминают, что они муж и жена, а мы с тобой… ого-го!
- Жду!
Влад собрался за минуту. Еще пять минут занял поиск букета, и вот уже Воронцов летел на такси к любимой девушке с букетом роз. Снежана ждала его возле дома. Не выходя из машины, Влад втащил любимую девушку и скомандовал:
- Шеф, обратно!
Дорога по мраморной лестнице до дверей квартиры Воронцовых стоила ребятам всего двух прыжков. Снежана осторожно вошла в распахнутые Владом двери.
- Ну, принцесса, прошу!
- Влад, у вас так красиво! Мне после гарнизонных квартир, пусть даже адмиральских, кажется, что я в музее.
- Не, это не музей, как-нибудь я тебя по дедушкам проведу, вот там музей! У одного картинная галерея, у другого оружейная палата.
- Интересно, - девушка рассматривала старинную лепку на четырехметровом потолке. В это время ее кавалер, тихо подкравшись сзади, подхватил Снежану на руки и закружил ее.
- Влад, что ты делаешь? - Снежана рассмеялась. - Поставь меня на ноги! Воронцов!
- Не поставлю. Я тут подумал, может мне тебя выкрасть?
- Зачем? Папа тебя убьет!
- Не сможет. Мне надо будет порешать тут кое-какие вопросы, и мы пойдем с тобой знакомиться с папой-адмиралом.
- Влад, а если он…
- Тогда я точно тебя украду! И мне ничего не будет! Знаменитый адвокат Смирнов – мой дед! И всякие там Биллевичи и Марковы, работающие на него, тоже мне помогут.
- Ах, так! Ну, тогда… - Снежана поцеловала Влада.
- Все, Снежинка, сама виновата! - Влад рванул в свою комнату. Еще мгновение, и ребята слились в единое целое.
Не зря говорят, счастливые часов не наблюдают. Снежана бросила взгляд в окно и дернула Влада за руку:
- Владик, а там уже темнеет, скоро Вика придет. Пора нам собираться.
- Зачем, у Вики своя комната, она девочка умная, тактичная, сюда ломиться не будет, - рука Влада шаловливо пробежала по бедрам девушки.
- Ну, вот что ты со мной делаешь, Воронцов?
- Делаю все, чтоб тебе было хорошо, - Влад сгреб Снежану в свои объятья и поцеловал ее.
- Мн в н муну, - невнятно промычала девушка.
- Лучший способ закрыть рот женщине – это поцеловать ее, - Влад рассмеялся и снова поцеловал подругу.
Снежана настойчиво пыталась освободиться из его объятий. Она стала бить Влада по спине кулачком.
- Тебе не нравится? - Влад заглянул в ее изумрудные глаза.
- Нравится, но я не хочу, чтоб отец прибил тебя прямо сегодня. Хочу продолжения, например, завтра, послезавтра и после послезавтра.
- Ладно, красавица! Чудовище вернет тебя временно Адмиралу! - пафосно выдал Воронцов.
Ребята стали собираться, Снежана оделась, причесалась, подкрасилась и, подойдя к Владу, толкнула его бедром:
- Поторапливайся, пусть все будет чинно и красиво. Хочу, чтоб ты произвел приятные впечатления на строгого папочку.
- Ох, Снежанка, одним словом – Смерть! Специально меня заводишь, а потом говоришь о строгом папочке?! - Воронцов подхватил девушку и закружил ее.
Закончив сборы, влюбленные вышли в теплый осенний вечер.


Время, сталкиваясь с памятью, понимает, как оно бесправно Благодарность: 0 
ПрофильЦитата Ответить
Сокровище Слизерина




Сообщение: 141
Настроение: замечательно - вздорное
Репутация: 4

Награды: :ms02:
ссылка на сообщение  Отправлено: 08.08.12 23:44. Заголовок: Юра, курил на крыльц..


Юра, курил на крыльце, когда Вика без куртки выбежала на улицу и радостно закричала:
- Юрий Михайлович, Юрий Михайлович! Рублева пришла в себя!
Юра обернулся на любимый голос. Вот она совсем рядом, в легком хирургическом костюме, в коротеньком халатике. «И без куртки, маленькая балда».
- Доктор Воронцова, - Юра обнял Вику, набросив на нее свою ветровку. - А я Вам «двойку» поставлю.
- За что? - удивилась Вика.
- За то, что на улицу бегаете раздетая. Рублева пришла в себя – это замечательно, а вот если Вы заболеете, мне не с кем будет оперировать. Что не есть very good. Мне не нужны проблемы с несостоятельностью швов.
- Юрий Михайлович, - Вика от волненья дорожала в его объятьях. - Я больше не буду. Но там…
- Идемте, доктор, показывайте Вашу Рублеву, - перебил ее Варшавский, заметив краем глаза, что за экзотической парочкой стали наблюдать посторонние.
Вика и Юра поднялись на второй этаж, Варшавский забросил куртку в ординаторскую, и они пошли в реанимацию, где пришла в себя больная Рублева. Юра измерил пульс, температуру, давление, поговорил с больной и обратился к Вике:
- До понедельника больная побудет здесь, а там будет видно. Виктория, на сегодня Вы свободны, - Юра улыбнулся.
- Спасибо, Юрий Михайлович, я завтра обязательно проведаю больную. У меня ночное.
«Знаю, зайка, знаю, вот тут мы завтра и встретимся», - подумал Юра, а вслух сказал:
- Доктор Воронцова, так у Вас завтра ночное? Какое совпадение! Я тоже завтра дежурю. Вот мы с Вами вместе и проведаем Вашу больную! До завтра, доктор, - улыбаясь, Варшавский кивнул головой и ушел.
Вика поправила подушку Рублевой, еще раз проверила пульс и, попрощавшись, ушла. Она зашла в студенческую, переоделась и, мурлыча под нос какую-то песенку, выбежала на улицу. На улице уже стемнело. Вика вышла за ворота больницы и пошла на остановку.

Маршрутки не было уже минут десять. Вика стояла одна у дороги, ожидая транспорт. Вдруг возле нее затормозила иномарка. Через опущенное стекло какой-то небритый тип бросил Вике:
- Ну, что, кукла, сколько?
Вика испугалась. Она одна, темно, девушка отшатнулась от машины и прошла несколько шагов по направлению к больнице. Мужик выскочил из машины и быстро догнал девушку. Он схватил ее за руку и, дыша перегаром, захрипел:
- Ты чо, не поняла, шалава, поехали, развлечемся!
- Отпустите! - Вика попыталась вырвать руку. - Не смейте ко мне прикасаться!
- О, недотрога! Так еще веселей, - заводился ублюдок.
Девушка безумно испугалась, ноги уже плохо слушались хозяйку, сердце билось с такой скоростью, что казалось, вот-вот и выпрыгнет. Мужик пытался затащить ее в машину. Вика заплакала, как вдруг она услышала голос, которому безумно обрадовалась. Это был голос Провидения!
- Доктор Воронцова, у Вас уникальная способность встречать уродов, которые хватают Вас за руки, - движения Варшавского были молниеносны. «Пациент» оказался в луже с вывернутой рукой. - Слышь, мужик, тебе лучше очень быстро отсюда исчезнуть, а то можешь утро встретить в реанимации, - голос Юры не предвещал ничего хорошего Викиному обидчику. Тот попытался встать, с третьей попытки пьяный ублюдок укатил. Варшавский подошел к девочке, сидящей на земле. Он присел рядом на корточки и тихо спросил:
- И что мне с Вами делать? Поднимайтесь, земля холодная, не дай Бог простудитесь, а это, кажется, мы с Вами сегодня уже обсуждали, не есть хорошо.
- Юрий Михайлович… - Вика попыталась встать, но ноги ее не держали. Девушка размазывала ладошкой слезы по лицу.
- Ну, так не годится, Виктория, - Варшавский помог девушке встать. - Идемте.
Юра практически волок еле держащуюся на ногах Вику. Они прошли квартал от больницы, Варшавский подхватил девушку на руки и тихонько ей сказал:
- Ничего не бойтесь, просто так будет быстрее. Сначала надо успокоиться, а потом я отвезу Вас домой.
Он перенес Вику через дорогу, подошел к серой «хрущебе» и толкнул ногой двери. Поднявшись на второй этаж, Юра поставил Вику на ноги у стены, и, открывая двери квартиры, пошутил:
- Прошу принцессу в скромную берлогу, - он протянул Вике руку. Девушка послушно вошла.
- Значит так, Виктория, проходите в комнату, я сейчас, - Юра исчез на кухне.

Девушка огляделась: дверей в «большой» комнате не было, симпатичная арка разделяла пространства коридора и гостиной. Вика села на большой мягкий диван. Варшавский вошел с подносом: рюмка с какой-то жидкостью, конфеты, лимон.
- Итак, начнем лечение, пострадавшая, быстренько берем стаканчик и залпом его.
- Что это, - всхлипывая, спросила Вика.
- Банальная настойка валерианы, а Вы чего хотели, Виктория?
- Ничего, - она расплакалась.
Юра поставил поднос на столик возле дивана и сел рядом с Викой. Он осторожно обнял ее за плечи и прошептал:
- Не надо плакать, все будет хорошо, - он вдыхал запах ее волос, наслаждался ее теплом. Вика инстинктивно прижалась к Юре, с ним было так надежно и спокойно! Юра слегка коснулся губами ее волос, но тут же остановил себя. - Виктория, надо выпить лекарство. Вы же не маленькая девочка, Вы – врач, и должны понимать, лечение это не игрушки.
- Я еще студентка, - рыдала Вика. Она уткнулась носом в его плечо, прижалась к груди, Юре на секунду показалось, что это маленький беззащитный котенок, ищущий тепло и безопасность. Варшавский сгреб свое сокровище в охапку.
- Ладно, раз так легче, реви…те, доктор Воронцова, - прошептал Юра.
Сколько они так просидели, никто не помнил. Юра случайно скользнул взглядом по часам. Стрелки показывали без пяти минут одиннадцать. Как он не хотел, чтоб ОНА уходила. Вика все еще всхлипывала, прижимаясь к Юре.
- Юрий Михайлович, - вдруг выдала девушка, - Простите меня, я такая дура! Столько Вам доставила неудобств, - Вика снова разревелась.
- Ну вот, опять ревете, Виктория. И как это называется? Мне казалось, Вы сильная личность. А тут из-за какого-то пустяка так реветь! Не бойтесь, Вы не доставили мне никаких неудобств.
- Правда? - Вика посмотрела в его глаза. В них прыгали лукавые чертики. Юра добродушно улыбался и гладил ее по голове.
- Правда. Улыбнитесь, Вика. У Вас такая красивая улыбка.
Воронцова смущенно улыбнулась. Ее взгляд случайно упал на часы.
- Ой, Юрий Михайлович, мне домой пора!
- Я Вас отвезу домой, а то еще кто-нибудь пристанет.
- Юрий Михайлович, - Вика опустила глаза в пол. - А можно Вас попросить…
- О чем, Виктория?
- Не рассказывайте брату… ну про это.
- Хорошо, - рассмеялся Юра. - Пусть это будет нашим маленьким секретом.
- Спасибо, а то Влад меня за руку будет водить, как маленькую, - Вика нахмурила брови. «Ну и рожица вышла», - подумал Юра и улыбнулся. Какая она милая!
Они вышли на улицу. Юра подошел к серебристой «мазде», открыл машину и пригласил Вику. Они ехали по ночному городу и молчали, каждый о своем.

Наташа сидела на веранде, прикрывшись пледом. Андрей тихо подошел сзади и обнял жену. С веранды открывался красивейший пейзаж: ночное море, огни кораблей на рейде, лунная дорожка.
- Андюш, ты чувствуешь, как пахнет морем?
- Конечно, дорогая. Наташка, я помню, ты так любишь море, наверное, когда строился этот дом, я подсознательно веранду планировал с таким видом.
- Вику сюда один раз пусти, так не выгонишь.
- А зачем ее выгонять? - Андрей поцеловал жену. - Натуль, как ты думаешь, Влад согласится переехать сюда?
- Воронцов, ты только не злись, но я думаю, что он захочет остаться в нашей квартире.
- Почему?
- Потому что ему уже почти 20 лет. У него есть любимая девушка, да и вообще, за квартирой надо присматривать. Я тебе дословно говорю то, что скажет он.
Андрей посмотрел на ночное море. Он пропустил в жизни очень многое: дети выросли без него. «Дочь, какая она, эта маленькая принцесса? Узнаю ли я ее? Даст ли сын мне шанс быть ему другом? Наташа так хорошо знает их, как они поведут себя, что они скажут. Я столько потерял!»
- О чем задумался?
- О детях. Мне впервые страшно из-за того, что я потерял слишком много времени. Потерял то время, когда они росли, когда учились в школе. Ты всегда говорила, что я пожалею об этом. И ты оказалась права. Я даже не знаю, как наверстать потерянное время.
- А ты не наверстывай, ты просто не теряй его больше.
- Совет психолога?
- Совет матери.
Воронцов присел рядом с женой, они обнялись. Андрей коснулся губами ее щеки. Он до сих пор не верил, что Наташа вот так просто простила его, вернулась к нему, но самое удивительное для человека, еще вчера влюбленного только в работу, она любила его все долгих 12 лет. Она верила, что однажды все начнется сначала, и они будут счастливы.
Легкий ветерок с моря ласкал ночной прохладой. Они сидели, обнявшись и завернувшись в плед. Идиллия. Такая долгожданная ею и такая забытая им.


Время, сталкиваясь с памятью, понимает, как оно бесправно Благодарность: 0 
ПрофильЦитата Ответить
Душа пустыни




Сообщение: 754
Репутация: 11

Награды: :ms08::ms02::ms10:
ссылка на сообщение  Отправлено: 09.08.12 20:13. Заголовок: Я таки-да знаю это Г..


Я таки-да знаю это Город!! Потому что там таки-да так говорят!!
Нат, спасибо, жду проды!

Благодарность: 0 
ПрофильЦитата Ответить
Сокровище Слизерина




Сообщение: 142
Настроение: замечательно - вздорное
Репутация: 4

Награды: :ms02:
ссылка на сообщение  Отправлено: 09.08.12 21:34. Заголовок: Москва. В туманное в..


Москва.
В туманное воскресное утро невысокий паренек лет двадцати пяти стоял на одном из московских кладбищ, грустно рассматривая большой гранитный памятник. Он заботливо протер плиту, поправил цветы и тихо прошептал:
- Я нашел виновных. Они мне ответят за все. Обещаю, - скупая мужская слеза скатилась по щеке. Память вернула парня на много лет назад…
Отца врачи приговорили. Опухоль не операбельна. Отпускали немного времени. Последняя надежда – еще раз проситься у своих, российских эскулапов, вдруг хоть какой-то шанс.
Сестра позвонила ночью, он решил, что уже все, и вдруг в трубке радостный крик:
- Завтра операция!
- Не может быть, они же отказались?
- Братик, они – да, а доктор Варшавский готов рискнуть!
Следующий день казался вечностью. Было почти шесть вечера, когда уставший доктор практически вывалился из операционной и небрежно бросил:
- Будет жить долго.
И потянулись дни после операции. Отец быстро шел на поправку, доктор оказался волшебником. А потом… эта нелепая авария, сообщение отцу о смерти дочери, инфаркт матери… Он остался один. Когда семью хоронили, парень на могиле дал слово отомстить. Он отслужил армию, вернулся и пошел работать в милицию, надеясь вычислить убийцу его семьи. Долго бился он с этим делом. Результатов никаких не было. В машине, сбившей сестру, было много отпечатков, но по картотекам они не проходили. Версия с причастностью к смерти семьи бизнеса его матери не выдерживала критики: спустя полгода после ее смерти фирма развалилась. Так прошло почти пять лет.
Однажды рано утром телефон разорвал тишину, и парень подумал: «Ну, вот, хотел поспать, а тут – опергруппа на выезд!» Каково же было удивление молодого человека, услышавшего в трубке:
- Меня зовут доктор Варшавский, надо поговорить. Это касается истории смерти Ваших родных.
То утро полностью перевернуло старую трагедию. Когда все факты сложились, как пазлы, в единую картину, парень ужаснулся: в этой истории было так много пострадавших! На много больше, чем он мог предположить…
Парень еще раз поправил цветы, смахнул слезу и медленно побрел к выходу.

Воскресенье началось достаточно весело. Витя Игнатов потянулся и открыл глаза. От удивления они стали квадратными: два года он встречается с Аней, и ни разу не просыпался утром рядом с ней. Она была девушкой очень красивой, им любимой, но достаточно правильной, чтоб оставлять на ночь в квартире подаренной предками мужчину, пусть даже любимого. Нет, он был здесь ни раз, и они с Аней явно не рыбок кормили. Но никогда она не позволяла ему остаться на ночь! «Я ничего не помню!» - пронеслось в голове у Вити. Рядом на подушке, улыбаясь чему-то во сне, спала ОНА! «Какая же ты красивая!» - подумал Виктор и осторожно, чтоб не спугнуть Анину улыбку, осторожно направился в кухню. Витя быстро приготовил завтрак. «Вот Анька обрадуется!» Он красиво сервировал кухонный стол, и, чтоб не разбудить подругу вышел на балкон покурить.
«Что же вчера было? - мысли галопом неслись в голове Игнатова. - Влад со Снежанкой были вчера у Воронцовых, это я помню, мы пошли в клуб, это я тоже помню. Потом мы гуляли по набережной… так, а вот теперь не помню, - Витя напряг воображение. - Я признался Ане очередной раз в любви, мы купили шампанское в ларьке… так, все, я понял. Банально траванулся шампусиком. Видать, паленка! Надо Аню будить, как она узнать» - Витя затушил окурок и вошел в комнату. Он осторожно склонился над Аней.
- Анютик, - тихо позвал Витя подругу.
- У! Еще рано, - пробурчала сквозь сон Аня.
- Анечка, подъем! - рявкнул Игнатов, и девушка подпрыгнула на кровати.
- Что ты тут делаешь? - глаза Ани округлились от удивления.
- Это я и хотел у тебя узнать. Проснулся утром, рядом ты. Я в шоке. Стал вспоминать – ничего не помню.
- И… как… куда… - Аня ничего не могла понять.
- Думаю, теперь, как честный человек, я должен на тебе жениться! - победно провозгласил Виктор.
- Витя, ты дурак?
- Сейчас – да! Простой российский влюбленный дурак!
- Все, я схожу с ума, - Аня обхватила голову. - Витя, мне так болит голова! Что же вчера было?
- Думаю, нет, я даже уверен, было паленое шампанское. Потом, скорее всего, было хорошо, зато сейчас… тебе голова болит, а моя ничего не помнит. Поэтому я предлагаю, во-первых, позавтракать, все готово, Ваше Величество! Во-вторых, и, в-третьих, будет несколько позже.
- Игнатов, я тебя убью! - простонала Аня.
- Я готов! - он встал на колени перед девушкой и положил голову ей на колени. - Рубите, Ваше Величество! Но сначала давай позавтракаем, я старался.
Аня слегка ударила Витю по голове, и попыталась встать. Голова закружилась, во рту – медный привкус. Девушка ойкнула и села на кровать.
- Все ясно, доктор Рожко, прописываю Вам постельный режим! - торжественно заявил Виктор. - Ложись, я принесу все сюда.
Витя сходил на кухню, собрал завтрак на поднос и экстравагантно «обслужил» Аню. Они сидели на кровати и ели тосты с повидлом и ароматным кофе. Витя положил тост на тарелку и обнял любимую девушку. Ее волосы белыми локонами спадали с плеч. «Такая она сейчас нежная и беззащитная!» - подумал Витя, а вслух сказал:
- Ань, выходи за меня замуж.
- Чего-о-о-о-о? - Аня удивленно повернулась к Вите.
- Я прошу тебя стать моей женой. Вот сейчас доешь, я тебе дам таблетку от головной боли и пойдем покупать кольцо!
- Витя, шампанское точно было паленым, - Аня повернула голову и посмотрела Игнатову в глаза.
- Шампанское тут не при чем! Просто я не хочу больше оставлять тебя одну. А лучше способа всегда быть с тобой, по-моему, нет.
Аня ухмыльнулась. Доев тост, девушка выпила кофе, ткнула Витю кулачком и «злобно» заметила:
- Ну, так ты сам нарвался, доктор Игнатов! Я буду готова через час.

Воскресное дежурство Татьяны Мальцевой началось сразу с конфликта. Она сменила Ирину, не забыв съязвить на прощанье:
- Доктор Старцева, говорят, сильные женщины по ночам плачут у окна. Как отдежурили?
- Доктор Мальцева, а не пошли бы Вы! - Ира набросила красивое светлое пальто, и, хлопнув дверью ординаторской, ушла.
- Значит, в песне спета правда! - порадовалась Татьяна Ирининым переживаниям.
Она надела элегантный белый халат, поправила прическу, подкрасилась и пошла в хирургию. Первое что слегка прибило Мальцеву – отсутствие вечно дежурного Варшавского. Доктор Пашкин, улыбаясь красивой женщине, сообщил, что Юрий Михайлович будет гораздо позже. У него сегодня ночное.
- Неужели доктор Варшавский престал дневать и ночевать на работе? - удивилась женщина.
- Понимаете, Юрий Михайлович не может так безответственно относиться к своему здоровью, - с умным видом заметил Пашкин. - У него студенты, операции, причем только тяжелые, и крайне неправильно недосыпать в таком ритме. Так можно и пациента зарезать, понимаете?
- Понимаю, - наигранно умно согласилась Татьяна.
- Если Вам будет что-то нужно, Вы можете обратиться ко мне. Я, конечно, не Варшавский, но он мне доверил и дежурства и операции.
- Замечательно, юноша, - съязвила Мальцева. - А как Вас зовут, доктор, который конечно не Варшавский?
- Петр Петрович Пашкин, - не уловив тона Татьяны, представился доктор.
- Здорово-то как, Петрович. Когда объявится «светило», сообщи мне, вот номер мобильного, - Татьяна сунула Петру бумажку и, вскинув голову, ушла.
Воскресенье в больнице оказалось тихим. Юра пришел на работу на полчаса раньше. Доктор Пашкин обрадовался и совершил то, что Юре сэкономило километры нервных клеток.
- Юрий Михайлович, тут заходила доктор из терапии, Татьяна, кажется, Семеновна, оставила телефончик, - улыбнулся Петя.
- Петр Петрович, - заговорщицки прошипел Юра. - Если она еще раз придет или позвонит, скажите, что я сегодня не работаю, и вы дежурите вместо меня всю ночь.
- Понял, - Петя довольно улыбнулся, он прикинул, сколько проблем для себя он избежал, не позвонив Татьяне.
Юра собрался в реанимацию к Рублевой. Он бросил взгляд на часы и подумал, что неплохо было бы, если Вика придет пораньше проведать свою больную.
Когда Юра вышел в коридор и проходил мимо дежурной медсестры, его сердце сжалось от злости. Медсестра болтала с кем-то по телефону, разговор, услышанный Варшавским, просто прибил «светила».
- …Ну и, ты понимаешь, он взял и ушел с этой черненькой… нет, блондинка с другим, она с однокурсником, а черненькая на препода запала… да, они и пошли прямо к нему домой… - услышав такое, Юра готов был убить болтливую медсестру. Кто-то распускал сплетни о его маленькой Сказке. Он тихо подошел сзади и рявкнул:
- Вам нечем больше заняться? Целый день только болтаете!
- Юрий Михайлович, я сестре сериал рассказывала, - с перепугу выдала медсестра.
- Какой сериал на рабочем месте?
- «Я лечу», там про хирургов, - растерянно промямлила девушка.
- Еще раз увижу, что Вы на рабочем месте болтаете по телефону – уволю! - Варшавский облегченно вздохнул.
Юра подошел к дверям реанимации. На мгновение он остановился и прислушался.

Илона Штурм, начальник отдела рекламы компании «Империал» все воскресенье посвятила поискам своего шефа Андрея Владиславовича Воронцова. Уж больно интересно было девушке, почему Воронцов не был на работе в пятницу, в день, когда проводится еженедельное совещание. Еще интересней Илоне было, кто же дышал рядом с шефом? Кто она?
Илона со знанием дела объехала все места, где мог бы находиться Андрей. Девушка посетила элитный закрытый спорт – клуб, в котором несколько раз организовывались вик – энды «Империала». Она проехала яхт-клуб, боулинг-клуб, даже съездила на ипподром, куда Воронцов периодически ездил, чтоб оплатить занятия детей. Нигде его не было, и никуда он не приезжал. В ресторане, в ночных клубах, Андрей тоже не появлялся.
Оставалось только одно место, где еще не была Илона. Ее серый «нисан» въехал в элитный жилой массив «Царскосельский». Припарковавшись недалеко от дома Воронцова, Илона задумалась, какой должна быть причина, чтобы она смогла войти в этот дом. План мероприятий, новый пиар – проект, эти вопросы Воронцова никогда не интересовали. Его интересовал только результат, а чтобы побеспокоить шефа дома – результат должен быть космическим.
Судьба же преподнесла Илоне «подарок». Пока она думала, как проникнуть в дом шефа, окно на втором этаже, выходящее на улицу, распахнулось. На подоконнике устроилась красивая молодая блондинка, одетая в просторный мужской свитер. Она ела яблоко и смотрела на небо.
«Так вот ты какая, соперница! – раздраженно подумала Илона. – Интересно, что он в ней нашел?» Мысли были прерваны появлением хозяина дома. Он нежно обнял женщину, сидевшую на подоконнике, поцеловал ее. Они о чем-то оживленно заговорили. Женщина рассмеялась, Воронцов подхватил ее на руки, и они исчезли. Через минуту Андрей вернулся и закрыл окно.
Никто, работающий в «Империале», никогда не видел шефа ТАКИМ! Заботливый, любящий, нежный… Илона не узнавала строгого и неприступного Воронцова.
«Кто же ты такая? Почему ты? Я все равно буду бороться!» - упрямо размышляла Илона. Она завела машину и медленно поехала в город. Здесь ей сегодня больше делать было нечего.

Вика пришла в больницу пораньше. Она переоделась, приготовилась к дежурству, до которого осталось полчаса, и отправилась в хирургию. Там в реанимации приходила в себя ее больная Рублева.
Дежурная сестра куда-то отошла, и Вика тихонько вошла в реанимацию. Больная Рублева улыбнулась, когда Вика подошла к ней.
- Как Вы себя чувствуете? - Воронцова проверила пульс, измерила температуру. - Вы замечательно поправляетесь. Результаты хорошие. Сегодня у Юрия Михайловича ночное дежурство. Он Вас обязательно посмотрит.
В это время Варшавский подошел к дверям реанимации и прислушался к родному голоску. Сначала Юра хотел устроить скандал по поводу отсутствия медсестры на посту у реанимации, а потом передумал: ее не было весьма кстати. Постояв еще минуту, Варшавский вошел в реанимационную палату.
- Добрый вечер, милые дамы, - поприветствовал Вику и Рублеву Юра. - Как у нас дела?
- Юрий Михайлович, все очень хорошо. Динамика улучшений стабильная. Больная быстро приходит в себя.
- Хорошо, доктор Воронцова, очень хорошо. Думаю, в среду можем перевести Вашу больную в обычную палату, - Юра посмотрел на Вику и улыбнулся. - Виктория, когда закончите здесь, подойдите в ординаторскую, пожалуйста, - Юра слегка кивнул головой на прощание и вышел.
- Викочка, спасибо, - прошептала больная. - Иди, детка, я посплю.
- Хорошо, выздоравливайте. Я еще зайду сегодня. Я дежурю всю ночь.
Вика вышла из реанимации, она посмотрела на часы, до дежурства еще минут десять, а надо зайти еще в ординаторскую. Вика быстро подошла к двери ординаторской и постучала.
- Войдите, - голос Юры был веселым. Он с кем-то говорил по телефону, пригласив рукой Вику присесть на диван. - Да… Света, не морочь голову, зачем тебе она нужна, тебе других мало?.. у меня столько историй болезней скопилось!.. Света, я прошу тебя!.. ну, так наберешь меня, я сегодня тоже дежурю!.. Вот и договорились! - Юра отключил мобильник. - Все, Виктория, пользуясь данной мне властью, забираю Вас из приемного покоя на это дежурство сюда. Опять скопились бумаги, а я терпеть не могу заниматься этой бюрократией. Так, что будете мне помогать. Иванская Вас отпустила! Идите, забирайте вещи, а я пока сделаю кофе в качестве маленькой взятки за Вашу будущую работу.
Вика удивленно посмотрела на Юрия. Он вот так просто взял и забрал ее ковыряться в бумагах, вместо – спасать людей!
- Юрий Михайлович, но так ведь неправильно! Светлане Александровне в любой момент может понадобиться…
- Виктория, для этого придуман мобильный телефон. И не спорьте с начальством! Я же это так не люблю! - Юра свел брови и состроил злую гримасу. - А если не будете слушаться, я расскажу Владиславу наш маленький секрет. Это шантаж, Виктория!
- Хорошо, - рассмеялась Вика. Как можно было сердиться на Варшавского, похожего на большого плюшевого медведя! Вика покачала головой и вышла из ординаторской.
Иванская встретила Вику гневной тирадой:
- Звонил твой куратор, по-моему, он специально подстроился под наши ночные, чтоб ты ему истории болезней разбирала. Ох, Юрка, я как разойдусь! И чего он задумал – единственную нормальную санитарку увел у меня!
- Светлана Александровна, так Вы ему скажите, что я тут нужнее, - смутилась Вика.
- Ага, а то ты еще не знаешь, что у Варшавского есть только два мнения: одно – его, другое не правильное!
- Знаю, поэтому придется мне опять пол ночи печатать.
- Ночь обещает быть спокойной. Так что давай, пленница, дуй печатать.
Вика заводила в компьютер последнюю историю болезни. Варшавский лежал на диване и читал медицинский журнал. Ничего не предвещало бури. Вдруг в ординаторскую влетела эффектная дама лет двадцати пяти, с явно дорогой прической и с порога начала орать на Юру:
- Тоже мне еще доктор! Не можете вылечить элементарный аппендицит! Мой ребенок уже третий день у вас валяется!
Юра удивленно посмотрел на кричавшую. Потом его взгляд перешел на часы, показывавшие половину первого ночи. Юра медленно встал и тихо закипая начал говорить по нарастающей:
- Во-первых, что Вы делаете в хирургии ночью в таком виде? Во-вторых, Вас учили стучать в двери? - голос Варшавского к концу фразы уже гремел на всю больницу. - И, в-третьих, кто Вы такая!
Юрин напор произвел должное впечатление, дамочка притихла и, запинаясь, начала объясняться:
- Понимаете, я жена вице – мэра Егорова, и в пятницу, в детское, привезли нашего сына. Острый аппендицит, Мне сказали, что самый хороший в больнице хирург – это Вы. Вот я к Вам…
- Понятно, - Варшавский не сбавлял оборотов. Он быстро набрал детское отделение и спросил. - Что там у вас за проблемы с больным Егоровым?.. Что?.. Я понял, готовьте операционную, сейчас буду,… нет, у меня своя бригада… Хорошо, анестезиолог сегодня у вас кто?.. Черт, все, уже летим, - он бросил трубку и зло посмотрел на мамашу. - Почему Вы не сказали мне, что у ребенка многочисленные побои?
- Мне сказали, что у него аппендицит! А Вы лучший хирург, - голосила женщина.
- Ясно, дура, - зло бросил Варшавский. - Вика, бросайте все, и бегом в детское. Мыться. Я сейчас прихвачу с собой нашего анестезиолога и тоже подтянусь. Кажется, там проблемы.
- Паренхиматозное кровотечение?
- Похоже. Привезли аппендицит, а сейчас пацан весь избитый. Все, бегом.
Вика быстро убежала готовиться к операции. Юра вышел из ординаторской, выталкивая впереди себя горе-мамашу.
В операционной Варшавский быстро готовился к операции. Хирург из детского отделения не мог объяснить, что произошло с мальчиком. Еще в восемь вечера все было нормально, аппендэктомию планировали на завтра на утро. А уже в полночь начались проблемы.
Когда началась операция Вика немного нервничала, как воспримут в детском, что Варшавскому ассистирует студентка, но когда Варшавский приготовился делать первый разрез Вика сразу выдала:
- Юрий Михайлович, это селезенка. Уверена, разрыв маленький, но…
- Вы правы, доктор Воронцова, как всегда правы. Скальпель.
- Спленэктомия? - Вика посмотрела на Юру.
- А что, есть другой вариант?
- Нет.
- Тогда поехали, тампон, - Юра сделал разрез. - Зажим, еще зажим, Вика, убирайте кровь.
- Уже собираю, гемотрансфузия?
- А как же без нее. Мы и зашьем, и перельем. Так, хорошо, еще здесь… так…молодца, пот… еще зажим, убираем… сушить, еще сушить, так… Замечательно…
Прошло около часа, Варшавский работал аккуратно, проверяя каждую мелочь – на столе лежал ребенок.
- Ну, все, ребята, ревизия… вроде чисто… да, все в порядке. Виктория, Ваш коронный выход. Шьем.
Они вышли из операционной уставшие. Ответственность на операциях всегда высокая, но когда пациент – ребенок, ответственность возрастает до небес. Вика прислонилась к стене.
- Устали, доктор Воронцова?
- Угу, - у Вики от переполнявших эмоций не было сил говорить.
- Это хорошо, значит, спать будете хорошо.
Они пришли в ординаторскую. Варшавский уложил Вику на диван, укутал ее пледом, и тихонько вышел.


Время, сталкиваясь с памятью, понимает, как оно бесправно Благодарность: 0 
ПрофильЦитата Ответить
Сокровище Слизерина




Сообщение: 143
Настроение: замечательно - вздорное
Репутация: 4

Награды: :ms02:
ссылка на сообщение  Отправлено: 09.08.12 21:35. Заголовок: Иванская удивленно п..


Иванская удивленно посмотрела на Юрия. Удивленно, именно по тому, что грозный «светило» не влетел с очередным скандалом, не устроил цунами с торнадо, а тихо вошел в приемный покой и предложил Светлане кофе.
- Варшавский, что случилось? Ты заболел?
- Нет, просто немного устал. В ординаторской дрыхнет после операции моя верная швея, а я вот пришел скоротать с тобой ночку.
- Ба! «Я лечу», ты делаешь успехи по изучению нормальных форм поведения в медучреждениях, - Светлана рассмеялась.
- Светка, не дразнись. Была операция не простая, кто-то отметелил в больнице сына Егорова, ну, вице – мера. Результат плачевный – разрыв селезенки, кровотечение, ну и все остальные последствия. Привезли с аппендицитом, не досмотрели и вот результат.
- А в детском, у них, что нет хирурга?
- Хирург есть, но я лучше. И Тишман лучший анестезиолог, и Воронцова шьет лучше всех, пришлось поработать.
- Повезло Вике. На социальных больных шить научилась, теперь на остальных совершенствуется.
- Повезло мне, а не Виктории, за последнюю неделю у меня не было проблем с несостоятельностью швов.
- А остальные студенты?
- Остальные? Один – ходячая энциклопедия. Знает столько, что аж страшно. Брат Виктории хорошо дружит с логикой, неплохо диагностирует, сказывается опыт скорой. Ну, одна талантливая красотка доктор Рожко с того света пациента вернула: пока скорая хлопала ушами, она с кавалером провела реанимационные действия на крыльце больницы. Остальные пока еще не раскрыли мне своих талантов, но скоро, уверен, еще порадуют.
- Варшавский, ты же не любишь студентов.
- Не верно, Света, я их НЕНАВИЖУ! Но эти еще ничего.
Они пили кофе, и болтали ни о чем, не заметив, как рассвело. Юра улыбнулся последней шутке Иванской и встал с дивана:
- Все, я пошел будить спящую красавицу! - Он засунул руки в карманы хирургического костюма и, что-то мурлыча под нос, отправился в ординаторскую. По дороге он представлял себе, как будет будить Вику.
Способов разбудить девушку много. Можно, например, громко крикнуть: «Доктор Воронцова, подъем!» А еще можно поцеловать спящее чудо, правда, тогда она может очень испугаться несдержанности, Сказка будет испорчена безвозвратно. Юра вошел в ординаторскую. На часах 7.15. Он тихо подошел к Вике и слегка подул на ее личико. Вика поморщилась во сне. Юра осторожно пощекотал Викино ушко перышком и тихонько сказал:
- Доктор Воронцова, доброе утро!
Вика сладко потянулась и открыла глаза:
- Доброе утро, Юрий Михайлович.


Студенты собирались в своей комнате, готовились к занятиям, Влад с умным видом просматривал свой доклад по эхинококку. Общее спокойствие взорвало появление Рожко и Игнатова. Витя внес Аню на руках, торжественно провозглашая:
- Господа, очаровательнейшая Анна Рожко согласилась сменить свою фамилию на мою! Завтра мы идем подавать заявление в ЗАГС, а сегодня все идем в EXIT отмечать это событие.
Ребята радостно зашумели. Еще бы нарисовалась возможность хорошо погулять и не только сегодня!
А в это время в кабинете зав отделения хирургии Варшавский говорил с главврачом по телефону.
- Владислав Андреевич, поймите, мне нужен вменяемый ассистент на ночное. Я хочу взять нормального работника с руками, растущими оттуда, откуда надо... Да есть у нас в скорой нормальные, поэтому и хочу забрать в хирургию… С Иванской я договорюсь, она будет не против… Короче, Вы же не хотите, чтоб я перестал оперировать!.. Да, шантаж, зато результативный… Спасибо, дорогой Владислав Андреевич, - довольный Юра положил трубку и подумал: «Как хорошо иногда побыть начальником. Вот и заберу Вику сюда. Все, значит, звоню Иванской».
Все формальности по переводу Вики из санитарок приемного покоя в операционные медсестры заняли у Юрия всего полчаса и стоили бутылки коньяка из заначки Долбачева. Когда на часах было ровно 9.00, Юра влетел в учебный класс и привычно начал шуметь. Возмущение Варшавского прервал Влад:
- Юрий Михайлович, я, конечно, могу и промолчать, но сегодня у меня доклад по эхинококку, и я готовился к операции.
Юра обрадовался возможности не проводить самому занятие. Он подошел к Воронцову, пожал ему руку и сказал:
- Прошу, коллега, вещайте!
Влад вышел к столу Варшавского и начал доклад:
- Эхинококкозы – хронически протекающие глистные инвазии (гельминтозы) из группы цестодозов, вызываемые паразитическими личинками эхинококков. Основной источник инвазии – домашние собаки. Зрелые яйца выделяются с фекалиями животных, загрязняя их шерсть и окружающую среду. Заражение человека происходит при контакте с зараженными животными, при сборе ягод и трав, питье воды из загрязненных яйцами гельминта источников. Так как у нашей больной частный дом, где постоянно находятся домашние животные, то и путь заражения становится ясным.
Влад с умным видом рассказывал о заболевании, о методах лечения, возможных видах операций. Варшавский мирно дремал в преподавательском кресле. Юру разбудил мобильный.
- Да, Варшавский… и какого черта срывать мне такое милое занятие?.. Сами, пусть сами все делают… Я еще операционную бригаду не возил в соседнюю больницу!.. Не поеду, у меня студенты… как какие? 13-М-666. Во, какие!.. Согласен, я уже пошел туда со студентами вместе, - он сбросил вызов. - Черт знает что, - выругался Юра. - Доктор Воронцов, Вы закончили?
- Да, Юрий Михайлович, - Влад протянул Варшавскому отпечатанный доклад. - Вот, я все тут законспектировал.
- Молодец! Итак, все по больным, Воронцов дуй в ординаторскую, вот ключ, я сейчас приду, будем готовиться к Егоровой. Оперируем в 14.00.
Ребята стали расходиться. В коридоре Юра остановил Вику и сообщил ей о переводе из приемного покоя в хирургию.
- Виктория, мне пришлось, конечно, побегать с утра, но, хочу по ночам иметь вменяемую операционную медсестру. Так что, доктор Воронцова в среду жду Вас в ночное.
Вика посмотрела на Юру своими огромными черными глазами, слегка кивнула головой, скорее от удивления, чем, соглашаясь, и, не веря в происходящее, тихо сказала:
- Юрий Михайлович, неужели это правда?
- Виктория, а я похож на шутника? - Юра улыбнулся, ловя себя на мысли, что уже тонет в ее глазах.
- Нет, - удивлению Вики не было конца. - Спасибо, - она опустила глаза в пол и удивленная пошла по больничному коридору.

События понедельника разворачивались в хирургии в бешеном темпе. Юля Малинина шла в палату номер семь к своей больной Тумко. Бабулька стала вести себя прилично после вмешательства доктора Пашкина, хлопот у Юли с ней не было. Когда Юля проходила мимо одной из VIP - палат, оттуда выскочил юнец, лет двадцати и самым наглым образом попытался затащить девушку в палату, Юля стала кричать и отбиваться, но молодой подонок, решив прижать девушку к стене, не рассчитал и ударил ее со всей дури головой о двери палаты. Юля потеряла сознание, упав на пороге VIP - палаты. Когда мерзавец пытался ее втащить за двери, он почувствовал сильную боль в голове, руке и провалился в темноту. Придя в себя, он увидел склонившихся над ним мужчин. Один из них, постарше, потирал правую руку, тот, что помоложе что-то говорил. «Дон Жуан» прислушался:
- … круто так, Юрий Михайлович, научите?
- Доктор Игнатов, у Вас реакция тоже будь здоров, рука подлежит лечению в травматологии, - Юра осмотрел небрежно сломанную руку мерзавца, причинив тому немало боли. - Так перелом закрытый, но сложный, сдаем клиента Кузнецову. Виктор, сгоняйте в травму, а по дороге проведите доктора Малинину к нашему психоневрологу доктору Золотко. Она замечательный спец по таким делам!
Когда Витя унес Юлю, Варшавский рывком поднял «пациента», затолкал в палату, закрыл двери и, врезав ему в солнечное сплетение, резонно заметил:
- Перелом руки – это самое малое, что ты тут поимеешь, подонок, доктор Долбачев постоянно нам находит косяков от армии в неограниченном количестве, так что дорогой, ты пройдешь полный курс приятных процедур здесь, потом переедешь в травму, а потом… - Юра кому-то позвонил. - Алло, городской военкомат?.. На Ивана Николаевича переключите… Ваня, привет, Варшавский… слушай, ты случайно некоего Лапченко не ищешь?.. Именно Сергея Сергеевича… ну, а он в нашей больнице… Да нет почти здоров… Рука с переломом… Не, мой студент ему сломал… Пытался доктора изнасиловать, подонок… И я о том же, Кузнецов ему гипс наложит, и забирайте, пусть в дороге долечится… Отлично… Договорились, ждем! - Юра удовлетворенно потер руки. - Поздравляю с уходом в армию! А сейчас, - Юра выглянул в коридор и, увидев Инну Светлову, позвал ее. - Доктор Светлова, Вы не видели доктора Малинина.
- Юрий Михайлович, он с Юлей у…
- Понял, а кто свободен из парней?
- Воронцов, Игнатов, Орлович.
- Давайте их сюда.
Через минут пять «больной» Лапченко катил на процедуры по наложению гипса и комплексной очистке организма под присмотром ребят из группы 13-М-666. Этот день молодой мерзавец запомнил на всю жизнь!
Юлю Малинину положили во вторую палату. Игорек не отходил от жены все оставшееся время. Диагноз – легкое сотрясение мозга ребята восприняли, как неприятную мелочь по сравнению с тем, что могло случиться, не окажись Игнатова и Варшавского рядом.

Вечерний праздник решено было перенести из-за истории с Юлей. Студенты по очереди заходили во вторую палату, чтобы поддержать девушку. Игорек ни на секунду не отходил от жены.
Доктор Золотко зашла в палату и попросила Игоря выйти:
- Доктор Малинин, оставьте меня, пожалуйста, с Юлей, - когда Игорь вышел, она осмотрела еще раз Малинину, проверила пульс, и спросила. - Юля, часто в таких ситуациях девушки замыкаются и боятся говорить о случившемся.
- Алена Игоревна, я даже не успела испугаться, Удар, потеря сознания… я же медик, все-таки, и понимаю, последствия могут появиться потом, ну там ночные кошмары и прочая чушь.
- Судя по твоим рассуждениям, именно это тебе и не грозит. Будем считать, отделалась легким испугом и легким сотрясением. Сегодня ночуешь тут, завтра, если все будет хорошо, домой и три дня постельного режима. Короче, до понедельника я тебя освобождаю от вашего Юрия Михайловича.
- Спасибо, но я не устала от него. Неделя только началась.
- Шутишь? Это хорошо, значит, поправляешься! - доктор Золотко еще раз проверила пульс Юли и вышла из палаты. В коридоре она подозвала Игоря Малинина, дала ему рецепт, объяснила Юлин режим и отправилась в ординаторскую к Варшавскому.
Юра изучал очередную историю болезни. Алена Игоревна вошла без стука и порога отчитала светила:
- Юра, я понимаю, что остановить подонка надо было, но не до сотрясения мозга! Ты свои художества на его голове видел?
- Видел, ну врезал по шее до легкого посинения, Так его через час заберет военком, пусть военные и лечат, тебе-то что?
- Мне? Вообще, ничего, у меня дочь такая же, как твоя студентка. Но в следующий раз, бей не так сильно. Понимаю, рука тренированная, но это как надо было приложить, чтоб такой синяк оставить?
- Алена Игоревна, я ведь от армии, как этот, не бегал, я честно трубил в морской пехоте. А мы, морпехи, иначе не умеем, приложить – так с душой и чтоб наверняка!
- Вот уж точно, полосатые черти!
- Именно! Так, говоришь, я его хорошо отделал?
- Лучше не бывает, а почему рука сломана?
- Так я был не один, с разных сторон увидели, подлетели, я по башке его, а студент мой руку ему за спину. Вот так и отоварили.
- Молодцы, так и убить могли.
- Неа, мы же медики! Мы только спасаем!
- Иди ты к черту, Варшавский! - доктор Золотко махнула рукой и ушла.

Андрей припарковал машину и помог Наташе выйти. Вечер был тихим и прохладным. Воронцов поцеловал жену и спросил:
- Может, все-таки, сегодня поговорим с детьми?
- А не сильно ли поспешно? Да и вещи я не успею так быстро собрать.
- Возьми самое необходимое, потихоньку заберем и остальное. Наташка, я не хочу терять ни одной секунды.
- Ладно, папашка, пошли. Только не дави на них. Дети выросли, с ними так просто уже не проходит. Тут деликатность и терпение нужны.
- У меня есть замечательный консультант по таким вопросам.
- Идем, а то простудишься, ты свитер так и не одел, - Наташа усмехнулась и потянула Андрея к дверям парадной.
Влад и Вика были удивлены, когда мама пришла домой не одна. Воронцов старался говорить спокойно, уверенно, только предательскую дрожь в голосе скрыть было сложно. Семья сидела в гостиной, решалось будущее.
- Ребята, я наделал слишком много ошибок в жизни. Потерял 12 лет, потерял вас. Я очень хочу, чтоб мы жили все вместе. Я не хочу больше терять свою семью.
- Пап, я очень рад, что вы с мамой помирились, что у вас все хорошо… - Влад подбирал слова, чтоб не обидеть Андрея. - Только, ты прости, но я…, я останусь жить здесь. Пойми, я – взрослый мужчина, мне сложно будет привыкать к новым условиям. Да и за квартирой присматривать надо.
Андрей рассмеялся, он обнял сидевшую рядом Наташу и сквозь смех сказал:
- Ты дословно предвосхитила речь Владика! Вика, ну ты-то хоть переедешь с нами?
- Куда я денусь? Владу я тут явно буду мешать, а с вами веселей будет.
- Ну, вот и решили. Влад караулит жилье, а Вика пакует вещи, - Наташа прижалась к Андрею. - Я возьму сегодня только вещи на пару дней. Викуль, до выходных собери наши вещи, а мы с папой заберем все сразу. Ты когда дежуришь?
- В среду, в субботу, меня перевели в операционные медсестры. Дежурства пока сутки через двое, а там, скорее всего, будет через трое.
- Вика, зачем тебе дежурить по ночам? - Андрей удивленно посмотрел на дочь.
- Папа, я хочу стать врачом. Мне нужен опыт. Давай не будем поднимать этот вопрос. Я все равно не брошу работу.
- Твоя дочь на 100%, - Наташа улыбнулась. - С тобой насчет работы спорить тоже сложно. Не спорь с ней, я точно знаю, это бесполезно.
- Хорошо, - взгляд Андрея скользнул по часам. - Может, съездим все вместе в ресторан, отметим воссоединение нашей семьи?
- Пап, давай вы с мамой пока САМИ, я лично еще не привык… не обижайся, хорошо? - Влад смотрел в пол.
- Понял, не дурак, дурак бы не понял. Вик, а ты?
- Вам надо побыть с мамой вместе. Без нас, а мы пока привыкнем к тому, что семья опять стала большой.
Поражаясь мудрости выросших детей, Воронцовы, перешучиваясь, уехали.

Кузнецов зашел в ординаторскую хирургии и застал веселое зрелище: Варшавский орал на Долбачева.
- … и твои косяки армейские сразу будут уезжать в военкомат! Мне здесь неприятности не нужны! Пока Майя Петровна болеет, ты, друг, готовься, я тебе каторгу устрою! Гошенька, за сегодняшние ляпы я тебя уничтожу!
Гошеньке повезло, приход Кузнецова спас его от дальнейшего внимания разъяренного Юры.
- Юрий Михайлович, простите, что отвлекаю, но мне очень надо с Вами переговорить, - Кузнецов загадочно улыбнулся.
- Гоша, тебе повезло. Идемте в кабинет зав отделением, доктор Кузнецов.
Друзья покинули ординаторскую, и перешли в кабинет Лавровой. Кузнецов подколол друга:
- Понравился кабинет?
- Ты что? Бог с тобой, на фига мне столько ответственности, Олежек? Я лучше недельку поиграю в начальника, а там пусть Лаврова опять расхлебывается.
- Ну, ты даешь!
- Какое дело тебя привело к презренным хирургам? - Юра уселся в кресло.
- У меня вопрос: почему доктор Варшавский перестал ночевать в больнице. И что случилось в субботу, ты не брал мобильный два с половиной часа.
- Ого! А не много вопросов Олежек?
- Не много, друг такой у меня один, боюсь потерять.
- Не бойся. В субботу задержал Сказку в больнице, пришлось проводить, так что было не до тебя, уж прости. А насчет ночевать в больнице, так у меня квартира есть, причем своя. И там пока никого, кроме меня, нет. Так что дома спать спокойней. Пока.
- Меня настораживает слово «пока».
- Закончу разборки с Челси, тогда посмотрим.
- Понял! Юрка, горжусь, ты растешь в моих глазах! Ай да Сказка! - Олег извлек из-под халата бутылку коньяка. - Ну что, рабочий день уже закончен, пошли к тебе?
- О! Коньячок хороший! Ну, Олежек, пошли.


Время, сталкиваясь с памятью, понимает, как оно бесправно Благодарность: 0 
ПрофильЦитата Ответить
Сокровище Слизерина




Сообщение: 144
Настроение: замечательно - вздорное
Репутация: 4

Награды: :ms02:
ссылка на сообщение  Отправлено: 09.08.12 21:36. Заголовок: Дорога домой с друго..


Дорога домой с другом и коньяком всегда приятна, даже если ты – доктор Варшавский. Друзья быстро сменили больничную обстановку на холостяцкую «двушку». Юра достал из холодильника «ужин хирурга» – шпроты, маслины, сосиски, друзья открыли коньяк и…
- Юрка, - Олега после пятой рюмки потянуло на романтику. - Ну, скажи старому другу, надо было тогда пригласить ее?
- Надо, Олег, надо. Спасибо, что заставил.
- Вот, значит, пригласишь на свадьбу меня первого.
- Приглашу, осталось только разобраться со всеми проблемами, сделать все, как надо, рассказать Сказке, что старый дурак Варшавский влюбился в маленькую принцессу, и уговорить ее поменять фамилию. Все!
- Не, не все! Еще теща, тесть, и вагон родственников невесты!
- Олег, после того, как я ей скажу, что люблю ее,… мне уже никакие родственники страшны не будут!
- Молоток! Юрка, наливай…
Допив коньяк Кузнецова, ребята просидели еще пол бутылки водки из холодильника и треть бутылки вискаря, каким-то чудом, стоявшего на подоконнике.
Когда Олег ушел, Варшавский разделся и залез под холодный душ. «Завтра студенты… Сказка… все, таблетку и спать». Выйдя из душа, Юра глотнул спасительное лекарство и мгновенно заснул.

Утро вторника для хозяина компании «Империал» началось не совсем обычно. Илона, приготовив очередной рекламный проект, вошла в кабинет шефа и сразу завела «деловой» разговор:
- Андрей Владиславович, вот новый рекламный проект. Я расписала полный сценарий, прописала бизнес-план. Надеюсь, Вам понравится.
- Я поручу финансовому директору все изучить. У Вас еще что-то?
Илона собралась с духом и решила идти ва-банк, напомнить Воронцову об их танце на августовской вечеринке:
- Да, Андрей Владиславович. После того танца, в августе… Я не могу не думать о Вас! Вы такой…
- Что? – Воронцов от удивления откинулся на спинку кресла.
- Да, Вы – особенный, не такой, как все мужчины, в Вас не возможно не влюбиться!
- Понятно, - Воронцов зло ухмыльнулся. – Давайте сразу все проговорим, чтоб не возникало у Вас в дальнейшем проблем.
- Проблем? Я просто люблю Вас…
- Зря, потому что я человек не свободный, у меня семья, большая семья, и другой мне не нужно.
- Нет! Вы давно с ними не живете! А я Вас люблю! Люблю, понимаете?
- Не понимаю, это, во-первых, во-вторых, моя семейная жизнь вас не касается. У меня жена, и двое взрослых детей, которых люблю я. И другой семьи мне не надо. Я доходчиво все объяснил?
- Но…
- Еще слово, и Вы – безработная, понятно?
- Да!
Илона опустила глаза. Она медленно подошла к двери. «Ты еще будешь меня умолять о любви!» Она обернулась и грустным взглядом посмотрела на Андрея. Когда двери за ней закрылись, Андрей быстро набрал номер жены, и когда Наташа ответила, попросил ее о помощи:
- Наташенька, тут такое произошло!.. Мне нужна твоя помощь, профессиональная!.. Спасибо, еду!

Воронцов влетел в кабинет жены и, размахивая руками, на повышенных тонах начал рассказывать ей об утреннем происшествии в своем кабинете.
- Представляешь? Я чуть с ума не сошел! Она какая-то сумасшедшая! Наташа, у меня только жизнь стала налаживаться, я семью возвращаю, понимание детей, тебя, мне не нужна другая!
- Остынь, Андрюша. Давай сначала все складывать в логическую цепочку. Во-первых, много лет одиночка Воронцов ни с кем и никогда. Девушка решила испытать судьбу. Во-вторых, никто еще не знает, что наша семья опять становится семьей, соответственно, она не считала себя разбивающей в чужую семью.
- А если она не успокоится? Ну, уволю ее, а она…
- Предупрежден, значит вооружен. Я не буду реагировать на ее выходки.
- Зато я буду! Я никому не позволю влезать в нашу семью!
- Андрюша, сейчас обеденный перерыв, давай сходим куда-то? И не думай о плохом, переживем!
Воронцовы зашли в небольшое кафе. Они присели за столик, тут же подбежал официант. Сделав заказ, Андрей достал из кармана маленькую темно-синюю коробочку и протянул жене.
- Наташенька, я хочу предложить тебе опять стать моей женой! - голос Андрея подрагивал. Наташа взяла коробочку, открыла ее и удивленно посмотрела на мужа.
- Андрюш, это так неожиданно, - Наташа опустила глаза. Андрей надел ей на палец кольцо, поцеловал руку, и тихо спросил:
- Так ты согласна?
- Согласна…
За семьей Воронцовых наблюдала Илона. Она слышала каждое слово, сказанное супругами, она видела, как он подарил жене кольцо, и слышала его просьбу. Слезы стекали по щекам девушки. Она никак не могла понять, чем эта женщина, уже не такая молодая, как Илона, была лучше, чем она. И тут до ее ушей долетела фраза из разговора за соседним столиком. Молодая эффектная дама с кем-то говорила по мобильному:
- … мне это не интересно… я хочу, чтоб Воронцова ушла с моей дороги!.. У нее есть муж, двое детей! Пусть с ними и остается, пусть оставит Его! - она отключилась.
Илона задумалась. Если жена Воронцова будет с Тем, значит Андрей будет свободен. Девушка решила проследить за эффектной дамой и выяснить, кто он, Тот, благодаря которому, она может заполучить Андрея.

Утро вторника в больнице началось как обычно. Варшавский на всех накричал, провел занятия у студентов и разогнал их по больным. Когда Юра уже расслабился с чашкой кофе в кабинете, зазвонил его мобильный. Юра посмотрел на номер и удивленно выгнул брови. Приняв звонок. Юра услышал в трубке приятный мужской голос:
- Добрый день, это доктор Варшавский?
- Добрый, это я, Вы решили, наконец, приехать ко мне?
- А Вы узнали меня?
- Ну, тут все просто, из Москвы мне могут звонить только пять человек, голоса которых я хорошо помню и не спутаю с чужими никогда.
- Хорошо, Юрий Михайлович, я приеду в четверг.
- Отлично, Ваше дело, как нельзя, кстати, сплелось с одним моим.
- Замечательно все складывается, вот и порешаем все срезу.
- Договорились, жду, вы самолетом?
- Да, прилечу в четверг, в два часа дня.
- Я Вас встречу. Покажу город, заодно все обговорим.
- Спасибо, до встречи, Юрий Михайлович.
- До четверга.
Отключив мобильный, Юра еще раз порадовался тому, что он временно начальник, он сможет без лишних объяснений порешать свои проблемы.
В этот момент в кабинет Лавровой влетел Долбачев и практически прокричал на Юру:
- Там привезли больного с перитонитом! Ни одного хирурга нет! Я его не смогу прооперировать, у меня плановая!
- Ты, чего орешь, друг любезный, твою плановую давно расписали на Пашкина, он уже заканчивает, а еще есть я, так что вали, Гоша, деньги сшибать! - последнее слово Юра рявкнул, и Долбачева сдуло.
Выйдя из кабинета, Юра бросил дежурной медсестре:
- Доктора Воронцову во вторую операционную, там перитонит, оперирую я, она ассистирует.
Через десять минут Юра, улыбаясь в повязку, наблюдал за Викой. В какой-то момент Вике показалось, что в глазах куратора промелькнуло что-то особенное, но, испугавшись своих мыслей, Вика опустила глаза и тщательно мыла руки.
Операция не предвещала ничего неожиданного, все шло, как обычно, вдруг Вике показалось, что у больного что-то не так.
- Давление в норме? - Вика посмотрела на анестезиолога.
- В норме.
- Уверены? - через мгновение глаза анестезиолога округлились.
- Девочка предвидит будущее? - Тишман посмотрел на Юру?
- Виктория, что случилось? - Юра посмотрел ей в глаза.
- Мне показалось, мы не все сделали, левее у него кровотечение и абсцесс, запах…
- Черт! Расширяемся, быстро! Виктория, чистим! Быстрей, хорошо, девочка, давай, умница! Теперь суши, а я поковыряю… Хорошо… суши, еще суши… Вика, Вы молодец!
Когда Вика зашивала больного, анестезиолог Тишман, тяжело вздохнув, косвенно похвалил Вику:
- Юрий Михайлович, поздравляю, смену готовишь высококлассную!
- А я причем? - Юра устало посмотрел на коллегу. - Это не я, это Виктория у нас талант – самородок!
Девушка дошила и, смущенно глядя в пол, тихо сказала:
- Я не самородок, просто я хочу стать настоящим врачом.
- И Вы им станете, Вика, обязательно, - Юре захотелось крепко обнять это сокровище, прижать к себе и никуда не отпускать. Варшавский еле сдержался.

В комнате студентов было оживленно. Воронцов со Снежаной обсуждал переезд мамы и сестры к отцу, Малинин о чем-то спорил с Орловичем, Инна пыталась разговорить уставшую после операции Вику.
- Ну и как, Воронцова, кроме тебя он никого не берет в операционную, рассказывай.
- Инка, я устала. Не морочь голову! Варшавский меня берет, потому что опыт на ночных наработала. Иди, бомжей позашивай по ночам, он и тебя возьмет, - Вика прикрыла глаза. - Кстати, он брал и Влада, и Аньку с Игнатовым.
- Вик, я не особенно туда и стремлюсь, - Инна опустила глаза. - Мне просто очень интересно! Я думаю специализироваться по терапии, но практику-то сдать по хирургии надо… Вик, ну не спи!
Вику спасло появление Вити Игнатова и Ани Рожко. Витя внес подругу на руках, толкнув ногой двери. Появление этой пары сразу взвинтило атмосферу в студенческой.
- Ого! Какие люди! - Влад радостно приветствовал друга.
- Господа! - Витя посадил Аню на диван. Рядом с Викой. - Ура! Господа! Все, мы подали заявление в ЗАГС! Теперь я совсем пропал для мужских компаний! Анечка, - он стал перед девушкой на колено. – Я люблю тебя Анюта! Теперь я только твой!
Ребята дружно взорвались хохотом и аплодисментами. Вика обняла подругу и тихонько прошептала ей на ухо:
- Анька! Ты такая молодец! Как я тебе завидую!
- Вика, ты тоже встретишь свою половинку! И будешь счастлива.
Бурные изливания эмоций прервала Инна. Она, как всегда, как истинная староста, была на посту. Посмотрев очередной раз на часы, Инна крикнула:
- Ребята, пора на занятие, уже без пяти четыре. Варшавский нас убьет! - группа, повинуясь ее распоряжениям, вылетела в учебный класс.
Подведение итогов было любимым развлечением куратора. Как можно было накричать на ребят! Сколько шпилек можно было подколоть! Студенты ждали куратора. Все понимали, милой пятничной беседы в начале недели не бывает. Юра влетел в класс.
- Итак, господа студенты. Вроде бы вы сегодня умудрились не напороть косяков. Поэтому занятие будет коротким. Всем спасибо, всем до завтра. Доктор Воронцова, задержитесь. Завтра у меня плановая, Вы шьете.
- Юрий Михайлович, - Орлович встал. - А мне вот интересно, почему Вы на операции берете только Воронцову? Мне это кажется странным.
Группа рассмеялась, Юра удивленно выгнул брови, посмотрел на Орловича и прыснул со смеху:
- Доктор Орлович, во-первых, знания энциклопедий недостаточно для проведения операций. Тут нужен опыт, либо простая операция. Я делаю только сложные. Во-вторых, мне в операционной удобно, когда рядом человек разбирается в хирургии, а не в энциклопедиях. И, в-третьих, вы когда-нибудь швы накладывали?
- Нет, но я и в операциях не участвовал.
- Вот, а доктор Воронцова тренировалась на скорой. Сходите к доктору Иванской, попроситесь подежурить с ней пару неделек, тогда я и Вас возьму.
- Понятно, - Орлович о чем-то задумался.
Уже придя в студенческую, он высказал предположение, поддержанное Инной Светловой.
- По-моему, наш куратор запал на Воронцову, и она не против, - ехидно выдал Антоша.
- Вот-вот, - Инна гадливо ухмыльнулась.
Тут же Орлович ощутил под ребром кулак Влада. Антон согнулся пополам. Инна, испугавшись, прикусила язык и с опаской посмотрела на Воронцова.
- Значит, так, господа хорошие, - голос Воронцова грянул, как гром. - Если кому-то охота обсудить мою сестру, пожалуйста, я готов представлять ее интересы. Мне надо напомнить кому-то о предмете «этика»? Мне показалось, Юрий Михайлович привел веские аргументы в пользу рук растущих не из ж**ы. Учитесь лучше, проявляйте себя и вам тоже что-то доверят. А пока будете на учебные ходить и смотреть через стекло. Еще вопросы есть?
Орлович и Светлова быстро засобирались по домам. Они, как всегда, о чем-то тихо спорили.


Время, сталкиваясь с памятью, понимает, как оно бесправно Благодарность: 0 
ПрофильЦитата Ответить
Сокровище Слизерина




Сообщение: 146
Настроение: замечательно - вздорное
Репутация: 4

Награды: :ms02:
ссылка на сообщение  Отправлено: 11.08.12 19:50. Заголовок: Влад нервно скакал п..


Влад нервно скакал по студенческой комнате, Снежана пыталась успокоить его. Игнатов и пока еще Рожко тоже старались как-то успокоить друга. Игорь Малинин подошел к Воронцову и, крепко сжав его плечо, резко сказал:
- Смирись, Влад, с тем, что ходячая энциклопедия будет всегда завидовать Вике, потому что она умнее и целеустремленней. Он может все только зазубрить, а Вика на практике пашет, чтоб стать специалистом. И успокойся ты, в конце концов, от твоих прыжков рябит в глазах.
В это время открылась дверь. Оглянувшись, ребята увидели уникальную картину: Варшавский стоял на пороге, держа за шиворот Светлову и Орловича. Он втолкнул ребят в студенческую и достаточно сухо заметил:
- Значит так, занятие придется продолжить. Тема – этика. Постараюсь объяснить быстро и внятно, а то крови, боюсь, не избежать. Я прав, доктор Воронцов?
- Абсолютно, Юрий Михайлович, - глаза Влада горели злостью и гневом.
- Итак, господа студенты. Пример прост. Доктор Варшавский и будущий доктор Воронцова. Их отношения, точнее видимость происходящего. Дело не в том, доктор Орлович, что кто-то что-то там себе придумал, придумал, насмотревшись сериалов, доктор Светлова. Дело в том, что вы себе позволили напридумывать пошлостей о вашей однокурснице, о вашей подруге. Вы позавидовали чужим успехам, не думая, почему сами этого не добились. Вы сразу связали это, согласно вашей логике, с тем, что доступно вашим мозгам. Надеюсь, что по глупости, иначе, это низость и подлость в одном флаконе. Я доходчиво объясняю?
- Да, - тихо, потупив глаза, выдохнули Инна и Антон.
- Засранцы! - Варшавский мотнул головой, махнул рукой и, хлопнув дверью, ушел.

Влад злобно посмотрел на «парочку». Снежана предусмотрительно подошла сзади, обняв любимого. Воронцов медленно подошел к Орловичу и прошипел:
- ТАК! Значит вы, орлы, еще где-то своими языками трепали?
- Мы ничего не трепали! - Инна испуганно сжалась.
- Откуда Варшавский узнал про ваш бред? - Влад закипал.
- Мы разговаривали между собой, а он в это время мимо шел, - Орлович опустил глаза. - Так Юрий Михайлович вдруг нас прихватил и…
- Дальше я видел, - прошипел Воронцов. - Если только из-за вас Викино имя трепать будут по больнице, я вас убью обоих! - Влад плавно перешел на крик.
Инна и Орлович сжались и попятились.

Весь день Илона обдумывала свой план поиска того, кто мог бы освободить шефа от жены. Она проследила за красивой загадочной дамой из ресторана. Оказалось, она остановилась в плавучей гостинице «Повелитель моря». «Наверное, она приехала издалека, где нет моря, - подумала Илона, - живущие в ближайших местах на море жить не станут, скорее, выберут отель «Лонг» на набережной. На корабле жить… хм, странновато».
Вечером Илона решила подъехать на морвокзал и посмотреть, может, повезет увидеть загадочную даму.
Любопытство не порок, любопытство дурная привычка, Илона убедилась в этом. Как только она подъехала на набережную и стала искать место для парковки, тут же ее машину ударил лихач, вылетевший со стороны отеля. Юноша выскочил из машины и с криком налетел на Илону:
- Ну, овца, ты посмотри, что из-за тебя получилось! Какого ты тут вертишься, знака не выдела, тут парковаться нельзя до 22.00! Все, дура, я вызываю инспекторов!
- Зачем? Я Вам все компенсирую! Не надо!
- Ты хоть понимаешь, сколько это будет стоить?
- Сколько? - Илона немного испугалась.
- Не меньше штуки баксов!
- Послушайте, давайте, как-то уладим все, мне очень надо на морвокзал, - Илона нервничала, и это было заметно.
Из машины вышла та самая дама, которую искала Илона. Она подошла к водителю и спокойно сказала:
- В машину, быстро, - она посмотрела на Илону. - Девушка, в следующий раз надо смотреть на знаки, - она посмотрела на разбитую фару, села в машину, и они уехали.
«Черт! - выругалась про себя девушка. - И машину теперь надо делать, и красотка укатила… черт!»

Юра шел домой по вечернему городу. Все его мысли были только о Вике. Ее черные глаза не отпускали его сознание, даже когда он пытался отогнать от себя мысли об этой девочке. Глаза… глаза… глаза…
Юра открыл двери и вошел в свою квартиру. Дома было пусто и неуютно, неуютно без ее глаз. Скинув обувь, он упал на диван, закрыл глаза и задумался. Жизнь еще недавно шла изо дня в день монотонно и обычно, а потом появилась она. Появилось желание решить все проблемы, расставить все точки над I, разобраться в себе и быть счастливым с ней! Повернувшись, Юра почувствовал, что-то давит под ребра, нащупал рукой неудобство и прошептал:
- Ну, вот и пульт, что там у нас по телевизору? - наугад нажав кнопку, Варшавский посмотрел на экран: больница, бегают врачи, медсестры, какой-то черт орет на всех. Юра хихикнул:
- Прям, как у нас перед операцией. Что за чушь? - он решил посмотреть. На экране носился Владислав Галкин в хирургическом костюме и на всех кричал. Юра встал с дивана, сходил на кухню, принес коньяк, шпроты с маслинами.
- Кажется, Юрий Михайлович, это любимый сериал юной Сказки! - сам себе сказал Варшавский. - Ну, что ж, посмотрим, почему она меня с Галкиным сравнивает!
Юра смотрел и смеялся, как это все было похоже на его студентов, как все было похоже на их больницу, и до чего ж Гордеев напоминал Юре его самого!
- Ба, так они ж все правы! Неужели со стороны я тоже такой чокнутый! Не, меняться я не буду! Ха-ха-ха! Во! Он тоже любит девочку! А она хорошенькая, черненькая, на мою Сказку похожа! Ха-ха-ха! - Юра просто расслабился и с удовольствием смеялся над самим собой. Когда серия закончилась, Юра допил коньяк и, чертыхнувшись, побрел в душ. День заканчивался на позитивной ноте.

Середина недели начиналась вроде бы спокойно. В среду сутра Светлова всем сообщила, что с октября добавляются утренние пары в Медине. График занятий переходит в режим: 8.15-10.00, пара, 11.00 – вечер, больница. Новый график особых изменений не внес в жизнь студентов, медин и областная больница находились рядом.
Главным событием среды для Вики стало напоминание куратора о том, что теперь она операционная медсестра в хирургии.
Юра курил на крыльце, когда Вика, задумавшись о чем-то своем, спешила в больницу. Когда они поравнялись, Юра поздоровался, оторвав девушку от размышлений:
- Доброе утро, доктор Воронцова.
- Ой, доброе утро, Юрий Михайлович! - она очаровательно улыбнулась.
- Виктория, надеюсь, Вы не забыли, что сегодня мы с Вами дежурим?
- Конечно, нет! Как можно забыть о работе? - Вика удивилась.
«С тобой обо всем забыть можно!» - подумал Юра, а в слух сказал. - Отлично, теперь я спокоен! У меня появился надежный напарник.
- Ну что Вы, Юрий Михайлович, я же только учусь!
- Помните, Виктория, на первом занятии я Вам лично сказал, что Вы можете стать фотомоделью, но не врачом. Так вот, я ошибался, и ошибался очень сильно в Вас.
- Юрий Михайлович… - Вика опустила глаза и покраснела.
- Ладно, не буду Вас больше смущать, идите. Доктор Воронцова.
Вика, смущенная и покрасневшая побрела в больницу. Юра, довольный собой докуривал сигарету, когда услышал знакомый голос:
- Юрка, ты, что с ума сошел? Зачем ребенка мучишь? - Олег Кузнецов тихо подошел сзади. - Она же в тебя и так влюбилась, посмотри на ее глаза!
- Не могу, Олежек, как только смотрю – тону и теряю голову. А я еще не решил все свои проблемы. Кстати, а с чего ты взял, что она в меня влюбилась?
- Ну, это только слепому не видно, когда вы разговаривали, она на тебя так смотрела! - многозначительно поднял указательный палец Олег.
- Как?
- Как смотрят девочки на любимых мальчиков! Понятно?
- Не совсем, я понаблюдаю, дай Бог, голову не потеряю и не наделаю глупостей.
- Смотри, Варшавский, слышал, у нее брат есть, он тебя убьет!
- Не убьет, я же не дурак, - Юра выбросил окурок. – Идем Олежек людей спасать! – Юра обнял друга за плечо, и они вошли в больницу.

Занятия начались как обычно, Юра влетел в класс, на всех накричал из-за больных, потом поинтересовался здоровьем Юли Малининой.
- Доктор Малинин, как там поживает доктор Юлия Ивановна?
- Спасибо, Юрий Михайлович, нормально в пятницу идем к доктору Золотко, думаю в понедельник…
- Отлично. Доктор Малинин, значит, в понедельник группа будет в полном сборе. А сейчас записываем тему занятия: грыжа. Итак, доктор Орлович, энциклопедия Вы наша. Что есть грыжа?
- Грыжи – выпячивание внутреннего органа, его части или глубоких тканей через отверстия в покрывающих их анатомических образованиях под кожу или межмышечные пространства. Местом выхождения грыжи могут явиться нормально существующие у человека отверстия или промежутки (щели), расширившиеся в патологических условиях (похудание, ослабление связочного аппарата) или возникшие на месте дефекта ткани, истончения послеоперационного рубца. В зависимости от локализации различают мозговые грыжи, мышечные, диафрагмальные и, наиболее частые, грыжи живота.
- Спасибо доктор Орлович, в энциклопедиях Вы разбираетесь лучше, чем в жизни. И так, продолжим. Под грыжами живота понимают выпячивание внутренностей вместе с пристеночным листком брюшины через отверстия или дефекты брюшной стенки, таза и пр. Различают наружные грыжи живота, когда брюшные органы выходят через отверстие брюшной стенки под кожу, и внутренние грыжи, когда внутренности выходят в сумки и карманы брюшины. В зависимости от происхождения грыжи делят на врожденные и приобретенные. Кроме того, различают грыжи вправимые и невправимые.
- Юрий Михайлович, а у нас будут операции на эту тему? - Орлович внаглую перебил куратора. Варшавский удивленно выгнул брови и шипящим голосом спросил:
- Доктор Орлович, кажется, я чего-то не понял? У нас теперь занятие ведете Вы?
- Нет, я просто спросил! Я хочу стать хирургом! Я хочу учиться! И не на словах! А Вы…
- Так! - Варшавский закипел. - Кажется у доктора Орловича врожденная глухота, помноженная на приобретенную глупость! - голос куратора гремел. - Мы с вами вчера, по-моему, уже обсуждали возможности попадания на операции! Я не играюсь в операционной! Я оперирую! Оперирую тяжелых больных! Но для Вас, Орлович, я сделаю исключение! Я прооперирую Вас! И это будет нейрохирургическая операция!
- Я только…
- Вы только решили поиздеваться надо мной! Но это, если помните, моя прерогатива, доктор Орлович! Ничего! Я Вам устрою операцию! - Юра посмотрел на часы, на мгновение задумался и продолжил кричать. - Сегодня, ровно в три часа дня, всем быть в операционной номер три! Всем, кроме доктора Воронцовой.
- А я?
- А Вы, доктор Воронцова, ассистируете мне на плановой язве в час дня. В три пойдете к больной, Рублеву пока еще не выписали. А остальные – я покажу вам, кузькину мать! - злобно закончил Юра. - Так на завтра все готовят реферат на тему «оперативное лечение грыжи», 30 листов. И марш по больным, Воронцова, готовиться к операции.
Юра вскочил, вылетел из учебного класса. Влад подошел к сестре, и обнял ее.
- Вик, не обращай внимания.
- На что? - Вика удивленно посмотрела на брата. - Это Юрий Михайлович к операции готовится. Он всегда перед сложной работой на всех орет, а тут еще Орлович его разозлил.
- А я вот за тебя волнуюсь. Зверь наорал, я переживаю.
- Влад, все в порядке. Хуже если он до операции не орет, потом в операционной все летают. Сейчас «Я лечу» в ординаторской будет орать на меня и Пашкина.
- Подготовка?
- Ага, там проблемная язва, будет резекция, надеемся, экономная, анастомоз, короче геморройная операция. Вот Варшавский и бесится. А еще Бухтеева сегодня нет, только Долбачев и Пашкин. Сам понимаешь, Долбачева он к операции не допустит,… а на мне сегодня опять шитье. Все, ушла, - Вика опустила голову и вышла.

В операционной все шло своим чередом. Варшавский как всегда был на высоте. Четко. Аккуратно, без лишних движений.
- Сушить,… еще сушить… так, получилась экономная, поехали, сушим… еще… так, хорошо, а теперь анастомоз по Варшавскому… ну, что пара узелков и готово? - Юра посмотрел Вике в глаза, в операционной все молчали, опасаясь гнева светила. - Доктор Воронцова, я, что не по-русски говорю?
- Юрий Михайлович, Вам виднее, - Вика опустила глаза.
- Не, вы это кино видели? - Юра рявкнул на Вику. - Шейте, доктор, шейте! Я же сказал, пара узелков…
- Юрий Михайлович, я еще никогда такое…
- Виктория, первый раз бывает всегда, шейте, время, доктор Воронцова, быстренько!
Вика тяжело вздохнула, на секунду прикрыла глаза, и… руки работали автоматически. Вика быстро и аккуратно сделала все, что было необходимо.
- Ну вот, а Вы мне тут начинаете! Так ревизия, господа… ну… вроде все… зашиваем, Виктория, соло!
Когда выключили лампу над операционным столом, Вика отошла к стене и медленно сползла от усталости на пол. Варшавский подошел к Вике и спокойно заметил:
- Виктория, у Вас хобби сидеть на холодных поверхностях? - он помог ей встать, вывел из операционной и усадил на стул. Как же ему хотелось обнять ее прижать к себе и защитить от усталости! «Боже, держи себя, Юрка, в руках! Она такая!»
- Спасибо, Юрий Михайлович, - Вика посмотрела в его глаза, покраснела и тут же опустила глаза в пол.
«Кажется, мой друг прав, - подумал Юра. - Такой взгляд… ну, почему я не могу быстро решить все проблемы!» - а в слух сказал. - Вика, сегодня Вы можете до вечера отдыхать. На дежурстве вместе осмотрим Рублеву. Можете сходить домой, выспаться.
- Спасибо, Юрий Михайлович, я сейчас посижу, схожу к Рублевой, а потом буду отдыхать. Работа есть работа.
- Хорошо. Доктор Пашкин, - Юра обратился к коллеге. - Будьте так добры, помогите мне провести Викторию в студенческую! - ему хотелось просто взять Вику на руки и отнести отдыхать, но он не имел права напугать и дискредитировать девушку.
Когда процессия подошла к комнате отдыха студентов, Вика поблагодарила врачей и тихонько проскользнула за двери. Ей было тяжело находиться рядом с НИМ! Постоянно хотелось прижаться к его груди, спрятаться от всего в объятьях, сильных и нежных! Вика вытащила из сумки плед, приготовленный для ночного дежурства, и устроилась на диване. Она свернулась клубочком, словно маленький котенок, ищущий тепла, и задремала.

Варшавский, выпив по дороге кофе, направился в третью операционную. Не зря он вчера посмотрел любимый сериал своей маленькой Сказки! Идея была специально для занудного энциклопедиста! Юра быстро приготовился и стал ждать. Ровно в три часа в предоперационной он услышал студенческую возню. Ребята готовились к операции, особенно Орлович. Парень тщательно мылся, одевался, короче старался «быть хирургом». Когда медсестра, еле сдерживаясь, открыла двери операционной, Варшавский в обычном «наряде» встретил студентов. Девочки, сообразив суть ситуации сразу, залились хохотом. Ребята с недоумением смотрели на операционную: куратор не готов к проведению операции, а на операционном столе… МА-НЕ-КЕН!
- Ну, так, как называется кино, доктор Светлова? - Юра был доволен произведенным впечатлением.
- «Я лечу», Юрий Михайлович! - Инна еле сдерживала себя, давясь смехом.
- Итак, доктор Орлович, прежде чем пустить Вас гробить больных, я даю Вам шанс зарезать на аппендэктомии учебный манекен! - Юра улыбнулся студентам. Еще минут десять он упивался повторением сериала здесь, в реальной операционной. Полезно иногда посмотреть кино, чтоб удачно поиздеваться над студентами!
Когда Орлович закончил теоретические и практические издевательства над манекеном, Варшавский довольно заметил:
- Ну, доктор Орлович, неплохо. Ваш пациент умер всего два раза! Сначала Вы не уточнили у анестезиолога можно ли резать, а потом зашили в больном ворох салфеток. Поздравляю, у Вас первый труп, правда, благодаря мне – резиновый! - Юра похлопал в ладоши. - Что ж, господа студенты, на этом учебная операция окончена, всем спасибо, особенно доктору Орловичу! - Юра счастливо улыбался. Орлович стоял, опустив голову с похоронным выражением лица. Варшавский продолжал веселиться. - Доктор Орлович, кажется, после сегодняшней операции Вам стоит задуматься о специализации, предлагаю Вам патологическую анатомию. Итак, патологическая анатомия – медицинская наука, изучающая изменения строения органов и тканей в больном организме, а также этиологию и патогенез заболевания. Объектами исследования являются трупы людей. На этом занятие окончено, всем спасибо, все свободны!
Довольный куратор, потирая руки и вспоминая глаза студентов, радостно направился в ординаторскую.

Наташа вошла в деканат и столкнулась у двери в свой кабинет с… «привидением». Этого человека она меньше всего хотела бы встретить тогда, когда ее семейная жизнь стала налаживаться. Антон Эрастович Резаков, статный мужчина лет около 50, мило улыбнулся Воронцовой.
- Добрый день, Наталья Викторовна, как я рад Вас видеть!
- Чего не могу сказать я, - Воронцова посмотрела презрительно на мужчину и мысленно порадовалась отсутствию своей секретарши. – Каким ветром занесло? – голос Наташи был раздражительным и холодным.
- Узнал недавно, что Вы у нас защитились, заняли пост декана, вот, решил приехать и лично поздравить.
- Ну, так, события давние, почти пять лет, как защитилась, и больше двух, как декан. Что же все-таки Вас привело в нашу провинцию? – ее стала раздражать неясность ситуации.
- А Вы сама любезность, - губы мужчины скривились в подобии улыбки.
- Какая уж есть, люди не меняются.
- Наталья Викторовна, может, мы с Вами пройдемся, побеседуем, - Антон Эрастович протянул Наташе руку.
- О чем нам беседовать? По-моему, все было высказано очень давно.
- За эти годы не мало воды утекло. Вы повзрослели, я поумнел.
- Вы опять о том же? Так вот, Антон Эрастович, воды действительно утекло много, я помирилась со своим мужем. У меня, если помните, двое уже очень взрослых детей, скоро, не ровен час, бабушкой могу стать. А в моей жизни так и не освободилось место для мимолетных романов.
- А Вы все та же романтическая максималистка, Наталья Викторовна…
- Я же говорю, люди не меняются.
- Да? А если… существует много способов заставить женщину измениться, - его тон из любезного перешел в злобный и угрожающий.
- Существует множество способов превратить женщину из милой кошечки в разъяренную тигрицу, - голос Наташи плавно переходил в рычание.
- Мне всегда нравилась Ваша независимость и стремление делать вид, что все в Вашей жизни зависит только от Вас.
В этот момент у Наташи зазвонил мобильный телефон. Она бросила взгляд на номер, зло ухмыльнулась Резакову и ответила на звонок:
- Да, любимый… как сказать… пока ничего… да, нет, тут такое!.. Господин Резаков прикатил меня поздравить лично со вступлением в должность декана,… и я ему о том же, а он… Андрюшенька, с удовольствием!.. через 15 минут?.. Конечно, буду, родной! – она отключила мобильник. – Господин Резаков, до свидания, у меня больше нет времени выслушивать Вас, - и Наташа скрылась за дверью своего кабинета. Глаза Резакова горели злобным огнем.
- Я всегда получаю желаемое! – прошипел он.


Время, сталкиваясь с памятью, понимает, как оно бесправно Благодарность: 0 
ПрофильЦитата Ответить
Сокровище Слизерина




Сообщение: 147
Настроение: замечательно - вздорное
Репутация: 4

Награды: :ms02:
ссылка на сообщение  Отправлено: 11.08.12 19:51. Заголовок: В уютном ресторане В..


В уютном ресторане Воронцов пытался успокоить жену:
- Наташенька, а кто мне говорил: «предупрежден, значит, вооружен», не ты ли?
- Андрюша, он такой мерзкий тип… я же могла защититься сразу после аспирантуры, он тогда мне все испортил, я потеряла столько времени!
- И ничего тогда не сказала мне… - Андрей ухмыльнулся. – Муж – дурак, руководитель – подонок, как ты все это выдержала…
- Я всегда любила только одного мужчину. Злилась, обижалась, ругалась, но любила и люблю, - Наташа прижалась к мужу.
- А я всегда делал глупости. Наташ, я договорился со своим начальником безопасности, ребята попасут этого урода. Если вдруг что, он сильно пожалеет обо всем.
- Андрюша, мне почему-то страшно. Какое-то такое чувство… не так все, как всегда. Я боюсь чего-то.
- Не бойся, Малыш, никто тебя не обидит, хватит меня, идиота.
- Ты не понял Андрей, что-то со мной происходит не понятное: мне страшно, тревога не проходит…
- Я же тебе говорю, не бойся, я рядом, - Воронцов прижал жену к себе.

Вика дремала в студенческой. Вдруг с хохотом, бурно обсуждая происшедшее в операционной, ввалились ребята. Заметив Вику, они притихли, но девушка уже открыла глаза. Аня подбежала к подруге, хохоча, стала рассказывать:
- Представляешь, наш куратор, оказывается, тоже смотрит «Я лечу»! Прикинь, мы заходим в операционную, а там… короче серию про операцию на манекене Варшавский поставил специально для Орловича! Мы так насмеялись!
- И как Орлович? - Вика с трудом понимала происходящее.
- Ни как! Дважды зарезал резинового больного! - Игнатов хохотал от души.
- С вами все ясно, Варшавский поиздевался, вы посмеялись… - Вика прикрыла глаза.
- Сестренка, а ты чего, такая замученная? - Влад присел на диван и обнял Вику.
- Резекция и анастомоз по Варшавскому.
- Что?
- Как, что? Он резал, я шила.
- Что, прям там?
- Угу, прям там, первый раз, вроде все хорошо, а ощущение, что вагон разгрузила, - Вика сидела с закрытыми глазами.
Орлович с завистью посмотрел на нее и злобно выдал:
- Кому-то анастомоз доверяют, а из кого-то посмешище резиновое делают!

До половины восьмого Вика проспала в студенческой. Будильник в телефоне разбудил ее сразу. Девушка встала, собрала вещи, причесалась и отправилась в ординаторскую. Варшавский рассматривал томографию, когда Вика постучала в двери.
- Входите, - он обернулся. - Виктория, это уже Вы? Проходите. Вещи можете оставить в шкафу.
- Юрий Михайлович, я зашла сказать, что…
- Даже не думайте сидеть с медсестрами и болтать про кино, - Юра перебил Вику, предугадав ход ее мыслей. - Я Вас брал, как ассистента, а не как болтушку - медсестричку. Таких тут полно. А мне нужен человек с руками и мозгами. Понятно, доктор Воронцова?
- Понятно, - Вика смущенно посмотрела в пол.
- А теперь устраивайтесь и давайте-ка работать. У нас есть что обсудить.
Вика быстро убрала свои вещи в шкаф ординаторской и села рядом с Юрой. Вдруг дверь распахнулась и рабочую тишину разорвала тирада дежурного терапевта Татьяны Мальцевой. Не стесняясь Вики, доктор Мальцева чуть ли не повесилась на шею Варшавского.
- Юрочка, как я по тебе соскучилась, дорогой мой! - она пыталась поцеловать Юру. Вика заметила, как исказилось лицо Варшавского от неприязни. Юра попытался культурно выпроводить Татьяну, но та мертво приклеилась к нему.
- Татьяна Семеновна, покиньте ординаторскую, - медленно закипал Варшавский. - Вы мешаете работать.
- Детка, посмотри, какой у нас Юрочка грозный, когда женщины его любят! - Татьяна рассчитывала, что Вика тут же уйдет. Но Воронцова почему-то решила подыграть куратору:
- Юрий Михайлович, а почему в ординаторской посторонние? - наивно спросила Вика и слегка подмигнула Варшавскому.
- Кто тут посторонний? - Татьяна ослабила хватку, и Юре удалось практически вытолкать ее за двери.
- Доктор Мальцева, посторонняя здесь Вы. Как исполняющий обязанности заведующего хирургией, настоятельно требую покинуть отделение, так как Вы одеты не по правилам этого отделения!
- Что? - глаза Мальцевой округлились.
- Таня, мне вызвать охрану, или сама уйдешь? - тихо прошипел Варшавский.
Мальцева удивленно посмотрела на Юру, пожала плечами и ушла.
Вернувшись в ординаторскую, Варшавский с благодарностью посмотрел на Вику. Девушка засмущалась, покраснела и, опустив глаза, тихо сказала:
- Мне показалось, что Вам неприятно ее общество.
- Вы абсолютно правы, Виктория, Юра подошел ближе. - Большое спасибо Вам, Вика, - Юра осторожно обнял сзади девушку за плечи. Она вздрогнула, но Юра почувствовал, как Вика прижалась к нему. На секунду она закрыла глаза, руки Варшавского крепче притянули Вику, она расслабилась, и вот уже она тонет в его сильных объятьях. Его губы коснулись черных волос, Юра вдохнул ее аромат… «Стоять, Варшавский!» - скомандовал внутренний голос. «Что ты делаешь?» - промелькнуло в голове у Вики. Она повернулась и посмотрела в его глаза. Слов было не нужно,… они стояли и не могли оторвать взгляды друг от друга. «Я схожу с ума!» - неслось в голове у Юры. «Что он подумает обо мне?» - волновалась Вика. Юра первый взял себя в руки. Он осторожно усадил Вику на диван, нежно обнял ее и тихо шепнул на ухо:
- Виктория, надо немножко подождать. Совсем немножко, а потом все будет хорошо.
- Я подожду, - выдохнула она.
- Я знал, что ты умная девочка, - он коснулся щекой ее волос. - Моя маленькая Сказка!
- Мне так хорошо! - Вика от счастья теряла контроль над собой, прижимаясь к нему, сильному, надежному. - Только…
- Я никому не расскажу, это наш маленький секрет, - прижав к себе Вику, Юра улыбался. Как он боялся этого момента! А оказалось, чувства взаимны. - Никому!
- Спасибо, а то мне почему-то страшно, - Вика боялась посмотреть на него.
- Вика, давай перейдем на «ты», когда мы одни.
- На «ты»? - она осторожно посмотрела на Юру. Он искренне улыбался ей, нежно обнимая.
- Ага, называй меня просто Юра.
- Юра? - Вика тихо и немного испуганно повторила заветное имя.
- Да, - он кивнул головой.
- Хорошо, - Вика улыбнулась и покраснела. Он провел ладонью по ее лицу, и тихо сказал.
- Какая ты у меня красивая, Сказка.
- Сказка? - удивилась девушка.
- Ну да, ты моя маленькая волшебная Сказка.
- Я уже не маленькая, - Вика сдвинула брови, при этом ее «сердитое» выражение лица было очень смешным. Юра улыбнулся.
- Какая ты смешная, когда сердишься, - он погладил Вику по голове. - Знаешь, а я ведь очень боялся тебя напугать своими чувствами. Не верил, что могу понравиться такому сокровищу.
- А я боялась, - Вика немного осмелела, - что Вы меня…
- Ты, Викочка, ты.
- Что ты меня не заметишь, такой важный, строгий, ты – Мастер, а я…
- А ты моя Маргарита, - Юра уткнулся носом в ее волосы.
Они не заметили, сколько времени просидели, вот так обнявшись. Вика дремала в его объятьях. Юра размышлял о том, что сегодня ночью произошло. Вот так просто за каких-то полторы недели неприступный доктор Варшавский сдался без боя, просто влюбился в очаровательное создание. А ведь практика только началась! Еще три с половиной месяца! А он уже готов! Взгляд Юры скользнул по часам. 02.47. Он достал подушку, плед, аккуратно уложил Вику. Сам Варшавский заснул, сидя за столом.

Ровно в шесть Варшавский открыл глаза. Его привычка, как у Штирлица, выработалась с годами. Он тихо вышел из ординаторской, чтоб не разбудить свое сокровище. Юра сбегал в супермаркет, набрал булочек и йогуртов для Вики, пачку сигарет для себя и вернулся тихо в ординаторскую. Часы показывали 6.52. Он сходил к автомату за кофе, и решил, что пора будить Вику. Юра присел рядом с диваном, и осторожно подул на ее личико. Вика открыла один глаз, улыбнулась и прошептала:
- Юрий Михайлович, мне такой сон приснился!
- Если будешь мне «выкать» наедине, я тебе поставлю «двойку», - Юра улыбнулся.
- Так это был не сон, - Вика сладко потянулась. Девушка осторожно посмотрела в его глаза, такие синие, такие глубокие, и такие счастливые сейчас!
- Нет, это был не сон, Сказка, - Юра тонул в черных омутах ее глаз. Он нежно обнял Вику и прижал ее к себе, уткнувшись носом в ее волосы. Через минуту он собрался с мыслями. - Так, доктор Воронцова, - выдал Юра серьезным тоном. - Если не хотите получить «двойку», быстренько – подъем, завтракать и на обход.
- Слушаюсь, доктор Варшавский, - промурлыкала Вика и вылезла из-под пледа.
Она быстро привела себя в порядок, не забывая о зарядке, Юра с умилением наблюдал за девочкой. «Как же мне повезло с ней! Такое сокровище! Надо побыстрее заканчивать с Челси, разруливать все вопросы и… Юра, надо бы сходить к профессиональному психологу!» В это время Вика села завтракать, она посмотрела на йогурты, принесенные Варшавским, выбрала вишневый и клубничный, взяла шоколадную булочку и, улыбаясь Юре, спросила:
- А откуда В.. – девушка запнулась. – Откуда ТЫ знаешь, какие йогурты и булочки я люблю?
- Молодец, «двойки» ты избежала. А я просто выбрал самые свежие.
- Здорово, - Вика была на седьмом небе от счастья. Она доела булочку, выпила кофе и улыбнулась своей очаровательной улыбкой. Вдруг тень набежала на ее счастливую мордашку. – Юра, а что будет, когда все узнают про нас?
- Что будет? Ничего, мы будем счастливы, а все… это уже будут исключительно их проблемы, - мечтательно размышлял Варшавский.
- Главное, сначала рассказать маме, она с остальными сама все решит, - задумчиво сказала Вика. – Я знаю, ты маме понравишься, останутся только папа, Владик и бабушки с дедушками. С папой мама решит все за минуту, - продолжала серьезно Вика. - С ба-де решу я, они знают, меня злить нельзя. А вот Влад…
- Ну, а с доктором Воронцовым решу все я, - уверил Вику Юра и рассмеялся. Так это было трогательно и умилительно – Викины рассуждения о семье. Юра даже не подозревал, как все в итоге обернется, и какие карусели ждут их с Викой.

Когда закончился утренний обход, и они вернулись в ординаторскую, Юра тихо шепнул Вике на ухо:
- Так, вести себя сегодня хорошо. Доктора Бухтеева не обижать, а мне надо удрать по делам. Вернусь внезапно, буду ругаться.
- Хорошо, - Вика заглянула в его глаза.
- Ну и что ты со мной делаешь, - Юра прижал Вику к себе. - Все, бегом на занятия, сейчас придут врачи.
- Уже исчезла, - Вика улыбнулась, взяла сумку и, подмигнув Юре, убежала в студенческую.
«Я сошел с ума! Пора на прием к психологу! Потом в аэропорт, а потом к адвокату». В ординаторскую вошли доктор Бухтеев и Долбачев. Юра зло посмотрел на Гошу, поздоровался со всеми и обратился к Георгию Марковичу:
- Доктор, можно Вас на минутку, - они вышли из ординаторской. Юра скроил умное выражение лица и тихо попросил. – Жора, прикрой, надо побыть со студентами. Пока нет Лавровой, мне надо решить сто и одну проблему. Спасай, брат.
- Юра, не вопрос. Какая у твоих тема?
- Любую бери из твоих плановых, можешь погнать этих бездельников тебе поассистировать, есть там энциклопедия - Орлович. Воронцову не грузи, мы с ночи.
- Понял, твою персональную швею отправлю к Рублевой. Ее вчера перевели в обычную палату?
- Да, все вроде бы хорошо. Потрудились мы с ней на славу, Георгий Маркович.
- Ну, вроде бы все, Юрий Михайлович, указания принял, можешь лететь.
- Спасибо, Жора, мне сегодня точно летать весь день.

Юра быстро поднимался по ступеням пединститута, а вот и заветная дверь. Он быстро выложил шоколадку секретарше, и тихо шепнул:
- Я к Наталье Викторовне, этакий сюрприз! - и влетел в кабинет Наташи.
Челюсти Юры застыли в попытке сказать «добрый день»: Наташа сидела за столом, у окна стоял Андрей. Воронцовы не ругались. Юра, за секунду придя в себя, поздоровался. - Привет семье. Кажется я не вовремя?
- О! - Андрей повернулся на голос. - Какие люди! Юрка, сто лет не видел тебя!
- Привет, привет, рад видеть, - Юра был удивлен.
- Мальчики, я так понимаю, что Юра ко мне по делу? Так бы ты просто с работы не ушел, - Наташа усмехнулась. - Андрюш, заберешь меня в четыре.
- Хорошо, родная, - он поцеловал жену, пожал Юре руку и ушел.
- Кроха, я что-то пропустил? Или мне пора с глюками в психиатрию?
- Юрка, мы просто помирились, - Наташа улыбнулась.
- Т-а-а-ак! Я знал, что ты Андрюху любила всегда, не смотря ни на что.
- Ладно, о нас, что у тебя стряслось? Опять проблемы с доктором Челси?
- Ну и с Челси тоже, - Юра сел напротив Наташи. - Тут такое случилось… Наташка, я признался своей Сказке. Оказалось, что все взаимно.
- И что же тебя беспокоит? - Наташа нажала кнопку селектора. - Кофеечек организуй нам. И конфеток.
- Одну минутку, - раздался голос из селектора.
- Наташа, я не знаю, что теперь делать, я сказал Сказке, что нам нужно немного подождать, но сам не знаю, как все пойдет в суде. Как долго это все будет тянуться. Мне, наверное, надо поговорить об этом с моим сокровищем, объяснить ей все, не хочу, чтоб вдруг для нее это стало шоком.
- Ты имеешь в виду, мир не без добрых людей?
- Вот именно, тем более в больнице.
В этот момент секретарь Воронцовой внесла кофе. Она аккуратно расставила маленькие перламутровые чашечки, конфеты, и спросила:
- Еще что-то, Наталья Викторовна?
- Нет, спасибо. Пусть нас час никто не беспокоит.
- Хорошо, я поняла, - секретарь вышла.
Юра отпил кофе, и закурил. Он уставился в потолок, задумавшись, о чем еще рассказать Наташе, как разобраться в себе.
- Варшавский, если бы на месте твоей Сказки была моя дочь Вика Воронцова, я бы доктора Челси сама порвала на кусочки для ускорения решения твоих проблем, а вас погнала бы в ЗАГС. Прямо уже.
- Вика Воронцова… - Юра на автомате повторил за Наташей. Вдруг его пробило, словно током. - Что ты сказала?
- Не поняла?
- Как зовут твоих детей?
- Виктория и Владислав, а что тебя так удивляет? Влад в честь деда, твоего главного, Вика в честь моего отца, что-то не так с именами?
- Нет, все в порядке, - про себя Юра чертыхнулся. - Где твои детки учатся?
- Вообще, Андрей хотел из них бизнесменов сделать, в Англию отправить, но я, взяла сторону детей и теперь они уже на 3 курсе в Медине. Как раз сейчас на практике у деда в больнице. Там еще куратор какой-то сумасшедший. Кстати, надо Вику спросить, кто он, может, поможешь моим чадам?
- Куратор сумасшедший? А говорили однофамильцы! - Юра перешел на крик. - Наташка, ты меня только не бей, моя Сказка и твоя дочь… - Юра обхватил голову и стал ругаться. - Однофамильцы! Партизаны, блин, как я сразу не понял, черт, черт, твою мать! Ну, Воронцовы!
- Юра, я правильно понимаю, - Наташа откинулась на спинку стула, и потихоньку начала заливаться хохотом, - ты был не в курсе, в кого влюбился, Вика и ты…
- Я и Вика! – Юра боялся посмотреть в глаз подруге.
- Варшавский, я тебе сочувствую. Кажется, скоро у меня на одну головную боль в виде Вики будет меньше, - Наташа рассмеялась от всей души и нажала на кнопку селектора. - Оленька, тащи коньяк. Меня до часу нет ни для кого!
- В смысле, сочувствуешь?
- Ну, ты у нас сумасшедший куратор, а вот Вика!.. Ты просто еще не знаешь, что это за ураган! Думаю, доктор Варшавский, ты очень сильно попал, - она смеялась, не сдерживая эмоций. Оля принесла коньяк. Когда она вышла, Наташа, хохоча, продолжила. – Наливай, Варшавский, это надо обмыть. Не каждый день дочку так уводят! Ну, Воронцова – папу я беру на себя. С Владиком тоже разберемся,… а вот с Викторией разбирайся сам!
- Наташа, какова была вероятность того, что Вика окажется твоей дочерью? Я на первом занятии спросил Владислава, кем ему приходится главврач, он сказал, что просто однофамилец. Нет, сегодня схожу к психиатру. Боже! Я влюбился в твою дочь, Кроха!
- Варшавский, психиатр – это лишнее. Думаю, мы с тобой пока об этом никому не скажем. Я сегодня поговорю с отцом, по доктору Челси пора ускоряться. Тут уже задеты мои интересы. Хотя…
- Что хотя? – Юра залпом глотнул коньяк.
- Когда задеты интересы Вики, на ее пути лучше не стоять. Я хорошо знаю свою дочь. Вика сродни локомотиву, разгонится, не остановишь!
- Ага, я знаю это, - Юра вспомнил первый день практики: Вика со стулом, Вика кричит на него в ординаторской.
- Тогда наливай.
Коньяк закончился в без пяти час. Юра держался за голову, Наташа посмеивалась на «зятьком». Она представляла, как будут злиться бабушки и дедушки, узнав о выборе Вики и согласии родителей. Юра ни о чем уже думать не мог. Он бросил взгляд на часы и выдавил:
- Бутылка коньяка, а я даже не опьянел. Картина маслом!
- Юрка, ты в таком состоянии за руль не сядешь. Ключи, - Наташа протянула руку. Юра послушно отдал ключи от машины. Наташа опять воспользовалась селектором. – Оля, водителя моего, быстро.
Через несколько минут вошел водитель. Наташа, продолжая смеяться, скомандовала:
- Так, поручаю лучшего хирурга города тебе, Сережа, сегодня возишь его, сколько надо и куда надо.
- Хорошо, Наталья Викторовна. Я буду в машине, - водитель вышел, Наташа похлопала Юру по плечу. - Варшавский, ты пока не говори Воронцовым, что «заговор однофамильцев» раскрыт. У меня есть задумка одна, пока играем, я все обдумаю и предоставлю возможность поквитаться с молодежью за их розыгрыш.
- Наташка, и чтоб я делал без такого друга, как ты?
- Страдал бы еще больше, - она потрепала его «ежик». - Юрка, теперь ты должен меня называть мамой, - Наташа рассмеялся.

Время, сталкиваясь с памятью, понимает, как оно бесправно Благодарность: 0 
ПрофильЦитата Ответить
Сокровище Слизерина




Сообщение: 167
Настроение: замечательно - вздорное
Репутация: 4

Награды: :ms02:
ссылка на сообщение  Отправлено: 15.08.12 23:34. Заголовок: Рейс из Москвы приле..


Рейс из Москвы прилетел вовремя. Юра сидел в ожидании своего гостя, обхватив голову и прикидывая, когда бутылка выпитого коньяка стукнет по полной.
От размышлений Варшавского оторвала трель мобильного. Он бросил взгляд на телефон и ответил:
- Варшавский, слушаю… Да, я в аэропорту… где?.. стойте у входа, я уже иду.
Юра вышел из здания аэропорта, у входа его ждал московский гость. Невысокий парень двадцати пяти лет пожал Юре руку.
- Добрый день, Юрий Михайлович.
- Здравия желаю, Артур Сильвестрович. Идемте, я с водителем. Простите, что выпивши, у меня ситуация сложилась просто смертельная.
- Не страшно, у меня не лучше состояние. Опять окунаться в старые воспоминания…
- Понимаю, для меня это тоже будет не просто. Однако ситуация требует решения, не побоюсь сказать, хирургического. Вы к нам надолго?
- Утром улетаю. У меня есть информация для Вас, надеюсь на взаимный подарок.
- Подарок уже готов. Там очень хорошие отпечатки, - они сели в машину и поехали на встречу морю и городу.
- И что это? – Артур с интересом слушал Юру.
- Во-первых, это личная помада особы, которая говорила с Вашим отцом. Голосом скрипеть можно сколько угодно, занижать его, но…
- Тогда на простыни был отпечаток помады, но на это не обратили внимания, потом сделали анализ, но результата это не дало.
- Зато когда есть оригинал самой помады с отпечатком пальцев, дело круто меняется.
- Здорово, а откуда она у Вас?
- Помните, когда мы говорили в первый раз, я сказал, что перерою всю планету, чтоб найти улики для Вас.
- Помню. И я тогда не поверил. А когда Вы позвонили мне два месяца назад…
- Вы перезвонили только в понедельник.
- Юрий Михайлович, я был в командировке, вы оставили сообщение соседке, а в субботу я вернулся, сходил на кладбище, и вот я у Вас.
- Артур Сильвестрович, я случайно разбирал старые вещи в гараже и нашел в куртке, которую хотел выбросить помаду и...
- Есть еще что-то?
- Да, старые операционные перчатки. Там, я уверен, хорошие пальчики. Их одевал человек, сидевший за рулем машины, сбившей Вашу сестру.
- И это маленькие штрихи большой картины.
- Именно, - Юра обратился к водителю. - Сергей, возле областной больницы припаркуйся. Мы на минут пятнадцать отойдем, подожди.
- Хорошо, Юрий Михайлович, - ответил водитель. Когда машина остановилась, Юра и Артур вышли на улицу.
- Отличная погода, Юрий Михайлович, - улыбнулся солнцу парень.
- Согласен, хотя мне лично сейчас начинает сильно болеть голова, - Юра горько ухмыльнулся. - Идемте в мое царство.
Они вошли в здание больницы. Юра здесь чувствовал себя, как дома. Войдя в ординаторскую, Юра предложил Артуру кофе.
- Может, по кофеечку? – Юра выглянул в коридор.
- Не откажусь.
- Тогда, минутку, - Юра позвал дежурную медсестру и попросил принести два кофе. - А теперь, мои подарки! - Юра подошел к своему столу и достал из верхнего ящика два кулька с помадой и перчатками.
Артур взял кульки и сел на диван. Вот и все, сейчас он стоит в одном шаге от разгадки смерти своей семьи. Завтра лаборатория даст ответ, кто они – убийцы.
Парень с благодарностью посмотрел на Юру. Столько лет он шел к разгадке смерти семьи, сколько ночей в архивах и лабораториях! Артур вздохнул и обратился к Юре:
- А теперь мои подарки, доктор Варшавский. Интересующие вас особы находятся сейчас в этом городе. Доктор Лео Челси – уже неделю, а Рената Альбас – уже пол года.
- Ну, раз все в этом городе еще живы…
- Ренату Альбас мы арестуем, как только будут результаты экспертизы помады. А зачем вам доктор Челси, я не спрашиваю, просто берегитесь! Хотя их присутствие в этом городе наводят на мысли, на Вас охотятся.
- Предупрежден, значит вооружен. Но, все равно, спасибо, за заботу.
- Юрий Михайлович, спасибо за кофе, пожалуй, мне пора.
- Я провожу Вас, - Юра быстро запил таблетку кофе и мужчины вышли.
На улице Артур еще раз поблагодарил Юрия, они попрощались. Юра обратился к Наташиному водителю:
- Сергей, отвезите, пожалуйста, Артура Сильвестровича в гостиницу. И Вы свободны.
- Хорошо, я пригоню Вашу машину ближе к вечеру.
- Спасибо, Сергей, до свидания, Артур Сильвестрович.
Машина тронулась и через минуту исчезла, Юра мотнул головой, чертыхнулся про себя, и пошел в больницу.

Наташа сидела в кабинете, и думала о том, что сегодня рассказал Юра. Ирония судьбы! Первой любовью Варшавского была она, Наташа. Но в ее сердце кроме Андрея других мужчин не было никогда. С Юркой они навсегда остались друзьями. И вот, сегодня она узнает, что ее дочь влюбилась в ее друга! «Интересно, что скажет Андрей?» Вдруг ее отвлек от мыслей телефонный звонок. Наташа бросила взгляд на мобильник и засмеялась. На дисплее мигало: «дочь». Наташа ответила:
- Слушаю, Викуля.
- Мама, у меня катастрофа! Я влюбилась, мамочка, нам надо сегодня обязательно поговорить тет-а-тет!
- Хорошо, мы с папой заедем сегодня за уже собранными вещами, во сколько ты будешь дома?
- Ма! Не знаю, я сошла с ума! Влюбилась в своего преподавателя! Ма! Это взаимно! Что мне делать?
- Люби, а поговорим дома.
- Может быть, я буду поздно. Ма, я к тебе сейчас приду, можно?
- Давай в кафе возле больницы.
- Ма, я тебя обожаю, давай!
- Буду через 15 минут.
- Мамочка, спасибо!
Наташа отключила телефон, усмехнулась, набросила пальто и вышла.
- Олечка, у меня сумасшедший день, - обратилась к секретарю Наташа. - Я ушла минут на сорок, буду где-то ближе к четырем. Пусть Андрей Владиславович меня подождет.
- Хорошо, Наталья Викторовна.

В это время в больнице.
Вика осторожно постучала в ординаторскую и, услышав родное: «Войдите!», вошла. Юра лежал на диване с закрытыми глазами. Вика прикрыла двери и присела рядом с диваном.
- Виктория, - не открывая глаза, выдал Юра. - Не вздумай мне сейчас «выкать», - он улыбнулся.
- А откуда ты узнал, что это я? - Вика улыбнулась в ответ.
- Просто почувствовал, - Юра открыл глаза.
- Юра, - Вика смущенно посмотрела на любимого. - Юр, мне надо убежать на полчаса. Очень надо!
- И куда ты убегаешь? - Юра сощурил глаз.
- Юрочка, мне надо с мамой встретиться. Прямо уже. Пожалуйста!
- Дуй, только мобильный свой оставь мне. Вдруг внеплановая.
- Уже пишу, - Вика набросала на бумажке свой номер, чмокнула лежащего на диване Варшавского в щеку, и убежала. Когда дверь в ординаторскую закрылась за Викой, Юра усмехнулся и сказал. - А вот насчет последнего действия, можно было и подольше.

В кафе Вика сразу же подлетела к столику, за которым ее ждала Наташа. Девушка села за столик и с места в карьер начала рассказывать.
- Ма, представляешь, вчера на ночном дежурстве… короче, мама, мы любим друг друга! Что мне делать?
- Как что? Раз вы любите друг друга, значит, сначала будете встречаться, потом, глядишь, поженитесь, а потом я стану бабушкой…
- Мама, я не шучу! Он взрослый…
- А ты маленькая девочка?
- Нет, просто он старше меня, наверное, на лет пятнадцать! Мне страшно, потому что он такой!.. Ма, его женщины знаешь, как любят! А он любит меня, - Вика опустила глаза.
- Вика, не морочь мне голову. Если ты любишь – люби, потому что рай без любви называется адом.
- Ма, а что будет, когда папа узнает…
- Воронцовых я беру на себя. Смирновых тоже. А вот со своим любимым разбирайся сама, - Наташа рассмеялась. - Вика, давай на занятия, и… люби, потому что лучшего чувства еще не придумали.

Вика поцеловала маму и убежала. Когда она вернулась, в больнице назревала буря. Юра носился по отделению и на всех орал! Вика столкнулась с ним в коридоре. Увидев ее, хирург немного успокоился и бросил на ходу:
- Виктория, нейрохирургическая операционная, бегом мыться!
Уже в операционной Вика узнала, что в городе произошло ДТП, три машины, семь пострадавших. Всех привезли в областную. Двое с сотрясением сразу отправили в неврологию, пятерых с внутренними кровотечениями и кучей переломов скинули Варшавскому. Три операционные, поток. В первой уже мылись Бухтеев и Влад Воронцов. Им предстояла спленэктомия, осложненная множественными переломами. Во второй готовились хирурги из детского, один из пассажиров – девочка тринадцати лет. В третьей готовились Пашкин, Кузнецов из травмы и Игнатьев, там тоже было весело. Множественные сложные переломы, кровотечение. Варшавскому предстояло самое сложное – нейрохирургия. Две операции подряд. Кроме Юры нейрохирургов квалифицированных в городе не было. А тут…
Он влетел с незнакомым нейрохирургом, бригадой реаниматоров и анестезиологом Тишманом. Увидев Вику, Юра рявкнул на остальных:
- Во! Студентка, готова, а Вы? Быстро, я сказал! - Юра начал готовиться к операции, второй нейрохирург, прибывший из Медина, возмутился:
- Юрий Михайлович! Что Вы себе позволяете! А Вам еще и студентов доверяют!
- Что? - Юра закипел. Вика решила «взять огонь на себя».
- Юрий Михайлович, а что нам предстоит делать?
- Доктор Воронцова, у нас две операции подряд! В первом случае – вдавленный перелом черепа, это серьезно, но не смертельно. А вот вторая операция… там острый отек мозга. Я созвонился с медином, прислали вот помощника. Не знаю, что будем делать…
- Как что, Юрий Михайлович, будем оперировать! - Викины глаза округлились от удивления. - Сочетание малой ударной поверхности поражающего объекта, движения его с большой скоростью в условиях пониженной эластичности черепа обычно и приводит к формированию импрессионных переломов. Но Вы же, Юрий Михайлович, высококлассный нейрохирург! Для Вас это как по учебнику!
- Доктор Воронцова, и как по учебнику? - Юрины глаза «впились» в глаза Вики.
- При наличии незагрязненной раны и небольшой площади повреждения кости возможен доступ через эту рану после освежения ее краев. При этом мобилизацию кости лучше всего проводить с помощью высокооборотных систем, таких как "Stryker", применяя шаровидные фрезы малого диаметра, с окаймлением места вдавления. Так обеспечивается костесберегающий доступ. В большинстве иных случаев необходимы окаймляющие разрезы скальпа. Костный доступ быстро и малотравматично выполняется с помощью высокооборотного краниотома.
- Ого! Виктория, а Вы серьезно наметились на нейрохирургию, - Варшавский оглядел бригаду. Все были готовы. - Так, все! Пошли.
Операция шла уже третий час. Вика внимательно следила за работой Юры. Такой опыт на третьем курсе – подарок судьбы! И вдруг…
- Юрий Михайлович, кровотечение из синуса! - Юра посмотрел на Вику, потом на «поле битвы», чертыхнулся и, покачав, головой сказал:
- Молодец, Воронцова, вовремя, - он работал быстро, отдавая четкие короткие команды. Когда кровотечение было остановлено, Юра заметил мединовскому коллеге. - А куда смотрели Вы?
- Не понимаю Вашего тона, - нейрохирург отошел от стола. Варшавский еле сдержался.
- Коллега, Вы устали? У нас еще реконструкция.
- А у Вас талантливая студентка! Пусть она и работает!
- Вот как? - глаза Юры метали молнии. Реаниматоры готовы были провалиться, Тишман нервно следил за пациентом, Викой, Юрой.
- Доктор Воронцова, ушиваем твердую оболочку по контралатеральному краю синуса и обязательно вводим между листками оболочки полоски мышцы.
- Я поняла, - Викины руки на секунду дрогнули, но она отогнала все посторонние мысли и делала все, что говорил Юра. Он страховал каждое движение, а она в этот момент слышала только его голос.
- Такой реконструктивный прием необходим. Он возможен при ранении именно задней трети стреловидного синуса, как в нашем случае, где доступ в межполушарную щель облегчен отсутствием значимых вен и лакун.
- Юрий Михайлович, готово. А как быстро перекрытие просвета синуса привело бы к гибели пострадавшего?
- Очень быстро, Виктория, очень быстро.
Операция заканчивалась. Вика держалась у стола на честном слове. Последние швы, и лампа над столом погасла.
- Всем спасибо, перекур полчаса, я готовлю следующего, - Варшавский облокотился на стену. - Виктория, выпейте кофе, следующая операция не легче.

В ординаторской собрались все: Бухтеев хвалил Влада, Кузнецов поздравлял Пашкина и Витю, когда уставшие и измученные ввалились Варшавский и Вика.
- Как у вас? - Кузнецов уступил Юре место на диване, Влад подхватил Вику и усадил на стул.
- Тяжело, - Варшавский закурил прямо в ординаторской. - Вторую операцию мне не с кем делать. Ребята, нам «скорая» передала, в машине везли тетку в больницу с инсультом, ну и сопутствующее: отек головного мозга. Виктория уже не стоит, она делала реконструкцию. Мединовский ублюдок просто безрукий. Думал ребенком прикрыться, меня поучить в операционной у стола! А доктор Воронцова взяла и смогла. Бухтеев, налей-ка ей валерьянки дагестанского разлива, а то она сейчас на нервной почве совсем свалится, - Георгий Маркович тут же засуетился возле Вики, которая залпом выпила налитый Бухтеевым коньяк и прикрыла от усталости глаза.
- Вика делала реконструкцию? - у Влада глаза полезли на лоб.
- А что Вас удивляет, Владислав? Ваша сестра – талант, - в это время вошла Алла Львовна и передала Варшавскому результаты КТ (компьютерная томография – прим. автора). Юра встал с дивана, подошел к экрану. - Вы бы сестру на диван переместили, а то… - пока Влад был занят Викой, Юра посмотрел снимки и нервно рассмеялся.
- Юра, что-то серьезное? – Кузнецов подошел к другу.
- Серьезное? Как сказать. Инсульт есть, острого отека нет! Все, тетку в неврологию, пусть ее очухивают сами. Олежек, ты ее осмотри, вдруг там какие-то ушибы – переломы по твоей части. По моей тут ничего, слава Богу, нет! Я этих баранов со «скорой» поубиваю!
- Ну и отлично, - в ординаторскую зашел нейрохирург из Медина. - Я могу возвращаться к себе?
- А Вы еще здесь? - Варшавский злобно рявкнул. Доктор быстренько испарился, взрывной характер «светила» был известен не только в областной больнице. Уставший Юра быстро набрал номер на мобильном и еле ворочая языком выдохнул. - Тишман, реаниматоры и ты свободны. Пациент переехала в неврологию. Слава Богу, не моя, - он отключил телефон и спокойно сказал присутствующим. - Студенты все на сегодня свободны. Олег, Петр Петрович, Георгий Маркович, вы мне пока не нужны, - Юра посмотрел на заснувшую, сидя на диване, Вику, вытащил плед и бросил Владу. - Уложите Викторию. Девочке надо хоть полчаса отойти. А я пошел к Лавровой в кабинет. Всё, все брысь отсюда.


Время, сталкиваясь с памятью, понимает, как оно бесправно Благодарность: 0 
ПрофильЦитата Ответить
Сокровище Слизерина




Сообщение: 168
Настроение: замечательно - вздорное
Репутация: 4

Награды: :ms02:
ссылка на сообщение  Отправлено: 15.08.12 23:35. Заголовок: Юра свалился на дива..


Юра свалился на диван в кабинете заведующего, Олег присел рядом с другом. Он посмотрел на Варшавского и спросил:
- Как ты оперировал?
- В смысле, - промычал Юра.
- Уточняю вопрос, как много ты выпил сегодня? Когда привезли аварию, ты спал на работе, а это значит, что ты выпил.
- Олег, сколько не скажу, предвосхищая следующий вопрос, говорю с кем – с будущей тещей.
- Не понял?
- И не надо, пока. Олег, у меня болит голова. Больше ничего не расскажу, - в двери постучали. - Войдите, - Юра повернулся в сторону двери. На пороге стоял Сергей, водитель Наташи. - Юрий Михайлович, вот Ваши ключи.
- Спасибо. Серега, кинь на стол, - Юра устало откинулся на диван. Когда водитель ушел, Олег насел на друга.
- Нет, это что за происшествия, Варшавский? Ты где напился?
- Какая разница, Олег, мне сейчас очень хорошо, вот еще бы голова не болела!
- Я тебе дам таблетку. Но ты мне расскажешь, где водятся тещи, спаивающие зятьев.
- Не скажу. Надо места знать.
- Юрка, я же твой друг!
- Олежек, я пил коньяк с мамой моей Сказки. Мама у нас такая замечательная! Осталось папе рассказать, что я люблю его дочь. А лучше сразу дедушкам. Тогда вообще все будет улет!
- Юра, ты пьяный, я пока лучше пойду, а ты поспи. Поговорим вечером.
- М-угу! - Варшавский закрыл глаза.

Юра открыл глаза. В голове проводил учения танковый корпус. Он вскочил с дивана, мысли готовы были разорвать голову. «Как я мог! На Долбачева наезжал, а сам, козел! Еще и Вику потащил, ребенка подставил! А вдруг…» Юра вылетел из кабинета Лавровой и быстро направился в реанимацию. Когда он, взвинченный до предела, влетел в палату, возле больного он увидел ЕЕ. Вика сидела и что-то писала в карту больного. Юра тихонько подошел и улыбнулся: Вика записывала показания приборов, чтоб он потом смог в динамике увидеть послеоперационную картину. Такой сознательности от студентки, пусть даже и любимой, Юра не ожидал. Он осторожно коснулся губами ее волос и прошептал:
- Викусь, ты же устала.
- Юрий Михайлович, - голос Вики был очень строгим. - Мы здесь не одни.
- Молодец, Виктория, он нежно обнял ее плечи. - Только больной нас не видит и не слышит, - Юра еще раз посмотрел на приборы.
- Юра, - Вика смущенно посмотрела на любимого. - Юр, а можно вопрос?
- Какой?
- Важный.
- Конечно можно, - он улыбнулся. Варшавский даже не подозревал, что сейчас произойдет.
- Юра, как ты мог оперировать в таком состоянии? - Вика обиженно смотрела на него. - Тем более нейро?
- В каком? - еще два дня назад за такой вопрос он убил бы любого, а сейчас…
- Ты был выпившим, так не правильно. А если бы…
- Вик, я больше не буду, честное слово, - он оправдывался, как школьник. Он даже поймал себя на мысли, что ему стыдно смотреть в эти черные бездонные глаза. - Просто больше было некому, а еще у меня есть ты. Моя маленькая гениальная Сказка. Ты была на высоте, а я … зазнавшийся дурак. Слава Богу, в этот раз обошлось.
- Юра, не надо так больше. Я там, в операционной, ничего не поняла, а потом, мне потом стало так страшно!
- Обещаю, больше не пугать мое сокровище, - голос Юры дрогнул. Он прижал к себе Вику и зарылся в ее волосах. - Идем, надо сделать разбор операции, заодно посмотрю динамику больного. У тебя осталась Рублева, расслабляться не дам. Будешь курировать стукнутого.
- Хорошо, - в Юриных объятьях было так надежно и спокойно!

Когда они вышли из реанимации, Варшавского перехватил Кузнецов. Он крепко прихватил друга за руку.
- Доктор Воронцова, простите, что отвлекаю от процесса спасения пациентов от нашего гения, но Юрий Михайлович мне очень нужен!
- Я пойду, - Вика осторожно посмотрела на Юру.
- Да, Виктория, идите, через минут десять жду Вас в ординаторской. Там будут Петр Петрович, Георгий Маркович, а, заодно, и доктору Кузнецову будет интересно и полезно послушать разбор нашей операции. И динамику, захватите.
Когда Вика ушла, Олег потащил друга в кабинет зав отделением. Закрыв двери на защелку, Кузнецов налетел на друга:
- Юрка, ты ненормальный! Проспался? Алконавт – любитель! В таком виде я тебя не помню с похорон твоей матери!
- На которые я опоздал, - грустно заметил Юра.
- Ладно, ты, а зачем ее подставлял! Твоя Сказка еще ребенок! Разве можно так? Юра, а если бы мединовский заметил? Чтобы ты тогда делал? Не, ты совсем сошел с ума! И где ты только так набрался? Из-за чего? Раньше ты столько не пил! - взвинчивал темп беседы Кузнецов.
- Олег, слишком много вопросов, ответы на которые дать не могу. Да, я ненормальный. Да, Вика еще ребенок, да, я не подумал. Надо было тебя брать. Мединовский, козел безрукий, ничего не понял, есть такие волшебные таблетки, катят для езды за рулем и прихода на работу после... Но так больше не буду! - Юра сидел, опустив голову и обхватив ее руками. - Олег на меня столько сразу навалилось… старые московские привидения, новые местные похождения… будущая теща… Короче, Кузнецов, с сегодняшнего дня я пью не больше полбутылки на двоих в твоем присутствии и не в этих стенах.
- Вот это новость! Варшавский! Запишу этот день в мобильный. Хочу видеть! А как же будешь после операций расслабляться?
- Увидишь. И еще, друг, сбавь крик, это моя привычка орать. У меня раскалывается голова. Таблетки не берут, значит надо всех построить и валить домой баиньки.
- Так! Варшавский, ключи от машины, отдай.
- А они вон там, на столе валяются. Неужели ты думаешь, что я с такой головной болью сяду за руль, тем более что до дома два квартала. Олег, я дурак, но не совсем. У меня жизнь только начинается.
- Ладно, пошли в ординаторскую, будешь лепить из себя большого начальника, - Олег похлопал друга по плечу и помог встать.

Операцию обсуждали недолго. Юра похвалил Вику, потом похвалил докторов, работавших в хирургии, поблагодарил Олега за помощь и всех отпустил. Ночью дежурил Бухтеев, Юра со спокойной душой стал собираться домой. Олег шепнул другу на ухо:
- Юрка, я тоже на ночном сегодня, смотри мне…
- Иди ты!
Когда Юра вышел на крыльцо и закурил, он заметил как Вика, уже за забором больницы медленно брела на остановку. «Во, идиот! Если б не был «трезвым» в стельку, сейчас отвез бы Вику домой»! Юра быстро загасил окурок, и решил догнать свою Сказку. Вылетев за ворота, он быстро направился к остановке. Юра догнал Вику уже возле автобуса.
- Доктор Воронцова, - позвал девушку Варшавский. - Виктория, срочная операция, нам надо возвращаться, - Юра говорил с серьезным видом. Вика ни на секунду не засомневалась.
- Юрий Михайлович, а Вы уже в порядке? - она внимательно посмотрела в его глаза.
- В полном. Идемте?
Вика улыбнулась и послушно пошла за Юрой. Когда он прошел мимо проходной, Вика сказала:
- Юрий Михайлович, мы прошли проходную.
- Прошли, Вик, мы идем на операцию под кодовым названием «вечерняя прогулка», - Юра рассмеялся.
- Понятно, это такой стиль приглашать на свидании? - Вика наклонила голову и, сощурившись, посмотрела на Варшавского.
- Вик, это не свидание, это просто прогулка, давай-ка, от больницы подальше уйдем, а то…
- Раскроется наш маленький секрет?
- Именно. Викусь, мне очень болит голова, и так хочется, чтобы рядом был профессиональный медик!
- А я еще только учусь!
- Так я себя имел в виду, а ты меня просто поддержишь, если я упаду! - Юра рассмеялся.
- Понятно, доктор Варшавский, - Вика надула губки.
- Не обижайся, мне действительно плохо, а еще стыдно перед тобой, а еще я хочу с тобой просто погулять по вечернему городу, - Юра обнял Вику за плечи. - Идем?
- Идем, - Вика улыбнулась. - Я тоже не хотела ехать домой.
Они шли по вечернему городу. Легкий осенний ветерок обдувал влюбленных, Вика прижалась к Юре, она вдыхала вечерний морской воздух, наслаждаясь Юриной силой и надежностью. А он прижимал к себе свою Сказку, мечтая, как они будут счастливы, когда разрешатся все его проблемы.

Вика пришла домой поздно, Влад с порога налетел на сестру.
- Ну и где мы лазили?
- А тебе-то что? - Вика удивленно посмотрела на брата.
- Вика, мама просила за тобой присматривать, если помнишь.
- Владик, будешь много наезжать, я не перееду к родителям.
- Не понял?
- А еще расскажу Снежанке, что ты сумасшедший тиран и деспот. Понял?
- Понял, так, где мы ходили?
- Дрыхли в ординаторской. Я сегодня, между прочим, первый раз в жизни зашла в нейрохирургическую операционную, ты сам видел, в каком виде я оттуда вышла.
- Да, видок еще тот был. Особенно, когда ты «дагестанскую валерьянку» хлопнула.
- Можно подумать, Бухтеев тебя не так в чувство приводил?
- Так же, и меня, и Витьку. А вот Орловича на операцию не взяли. Бухтеев сказал, что я оперировал уже с Варшавским, а там кровотечение, сломанные ребра, короче, и опыт «скорой» тоже пригодился.
- А как Витька на операцию попал?
- А Витя, он молодец, Пашкину под руку стал давать совет, как лучше останавливать внутренние кровотечения. И профессионально так загнул, а тут Кузнецов прибежал, он так Витьку смерил и, ну, точно, как Варшавский, рявкнул: «Мыться! Быстро!»
- Ясно, Владик, я хочу в душ и спать.
- Понятно, кстати, а что у тебя с куратором?
Сон и усталость Вики, сняло как рукой. Она посмотрела на брата огромными от удивления глазами:
- Ты с ума сошел?
- Я – нет, а вот вы оба сошли. Он смотрит на тебя так! Хотя ты на него смотришь тоже весьма красноречиво. Сестренка, больница – это не детский сад. Ладно, ты – балда, а он-то хоть понимает, что афишировать в больнице это не стоит?
- Что это?
- Ваши отношения. Вика, я же не совсем дурак. Я же все вижу, сестричка.
- Даже то, чего нет, - Вика стала закипать.
- О, уже набралась у «Я лечу» замашек?
- Влад, я тебе сейчас как врежу, - Вика замахнулась на брата, и кода тот перехватил ее руку, со всего маху ударила его по коленке ногой.
- А! Пять баллов! Воронцова, я прокололся! - Влад от боли выпустил руку сестры и схватился за ногу. - Только я уже все равно все понял, - Влад присел в кресло. - Еще в ночном клубе, Вика, не дерись, черт с вами, но если он тебя обидит!..
- Доктор Воронцов, иди ты, - Вика махнула рукой и ушла в свою комнату.
- Сестренка, ты сердишься, значит, я прав!

Наташа раскладывала привезенные вещи. Как Андрей воспримет то, что Вика выросла. Выросла на столько, что может уже сама решать, как жить дальше? Воронцов тихо подошел к жене, его рука скользнула по ее груди, осторожно забираясь под шелковый халат. Наташа положила голову на его плечо и усмехнулась:
- Андрюша, что ты делаешь? - его рука настойчиво ласкала ее тело.
- Я хочу тепла, любви и ласки, - прошептал Воронцов.
- Да? - руки Наташи тут же оказались в его брюках.
Эта игра заводила обоих: их руки жили отдельной жизнью, нежно и аккуратно передвигаясь по телам, освобождая от ненужной одежды. Вот уже на полу валяются брюки, рубашка, шелковый халатик. В отблеске света матовый блеск ее кожи, частое дыхание прерывается поцелуями, такими страстными и долгими! Андрей подхватил жену на руки и осторожно положил на белоснежные простыни. Он ласкал ее тело, покрывая каждый миллиметр поцелуями, наверстывая упущенное, наслаждаясь неповторимым медовым запахом ее волос и кожи. Вот он сладостный момент: осторожно, словно в первый раз он проникает в заветное лоно, их тела сливаются о единое целое и движутся плавно, в такт дыхания. В какой-то момент она ускоряет движения бедрами, и вот он уже ничего не ощущает, кроме безмерного блаженства. Еще одно движение, и она заливается смехом наслаждения, их губы слились в поцелуе…
Уставшие и счастливые они лежат на белоснежных простынях, упоенные друг другом. Он обнимает ее, шепчет что-то нежное и приятное…
- Андрюша, - ее голос больше похож на выдох. - Я тебя люблю.
- Я тебя тоже очень люблю, родная, - он с трудом выдыхает слова. Следующую фразу они произносят хором:
- Я хочу ребенка.
Глаза в глаза… она осторожно, чтоб не спугнуть этот восхитительный момент повторяет:
- Я хочу ребенка.
- Я тоже, - он не отрывает взгляда от ее бездонных глаз, эта серая синева уже не пугает холодом, она такая родная, как небо.
- Ты, правда, хочешь еще одного малыша?
- Правда. Дочку. Я не буду больше таким дураком, обещаю.
- Я знаю, - Наташа прижимается к мужу, закрывает глаза. Им хорошо, счастье возвратилось.

Ночь приносила ей только страдания. Звездное небо располагало к воспоминаниям и бесплодным мечтаниям. Точеная фигура, холодный взгляд, роскошные волосы. Многие мужчины готовы были дорого платить за ее красоту и страсть. Многие, но не он. Он был недоступным далеким, чужим и холодным. Когда-то она мечтала покорить этого сильного обаятельного и талантливого мужчину. А он думал о другой. Он любил другую. В его сердце не было места для нее. Та другая была далеко, ей не было дела до его чувств. А он думал и мечтал о той другой, так тогда ей казалось.
Ее мечты были уже много лет только о нем. Красивая молодая, она жила только мечтой. Мечтой о мести. Кому больше хотелось отомстить, ему или той другой? Вопрос риторический, ответ прост. Ему, той, другой, и… на этом свете есть еще кое-кто, кому смерть была бы лучшим лекарством!
Такие мысли последние пол года постоянно по ночам посещали обитательницу комфортабельного номера гостиницы «Лонг». Она сидела на балконе, смотрела на звезды, пила мартини и мечтала о том дне, когда они заплатят за ее слезы, переживания и безответную любовь.
Девушка медленно вошла в номер, достала фотографию, погладила бережно рукой и прошептала:
- Я им отомщу, а ты… или со мной, или…


Время, сталкиваясь с памятью, понимает, как оно бесправно Благодарность: 0 
ПрофильЦитата Ответить
Сокровище Слизерина




Сообщение: 171
Настроение: замечательно - вздорное
Репутация: 4

Награды: :ms02:
ссылка на сообщение  Отправлено: 19.08.12 18:43. Заголовок: «Пятница! Какой это ..


«Пятница! Какой это замечательный день! Впереди два выходных, а значит, можно просто получать удовольствия от жизни! Особенно, если остаешься один в четырехкомнатной квартире практически в центре города!» С такими мыслями проснулся Владислав Воронцов.
«Пятница, и два выходных. Переезд в большой дом! А там мама с папой! Правда, в субботу дежурство, но там!.. Юрочка!» - сладко потянулась Воронцова Виктория.
«Пятница. Еще день мучений со студентами. А там суббота, ночное! Сказка и законный выходной!» - Юра влез под холодный душ.
Влад забежал в душ, пока сестра делала зарядку. «Скоро я тут буду сам!» Тугая струя воды приятно била по плечам. Влад мечтательно закрыл глаза. «Надо поговорить со Снежинкой, а потом с ее папой. Пора нам серьезно отнестись ко всему происходящему, - Влад представил себе, о чем он будет говорить с адмиралом. Мысли путались. – Да, мне предстоит еще один разговорчик! Он мужик, вроде нормальный, но я должен с ним поговорить!»
В двери постучала Вика.
- Влад, давай быстрее, а то я опоздаю.
- Викусь, тебя-то зверь не накажет!
- Воронцов, иди к черту! Мне надо в душ!
- Выхожу, сестренка! - Влад вышел из ванной и подмигнул Вике. - Вик, я уже убегаю, ты сама доберешься до больницы?
- Доберусь! Слава Богу, ты меня не будешь пасти.

Вика, радуясь хорошей погоде, быстро проскочила больничную проходную. Она спешила, спешила туда, где был Он, ее Мастер.
Юра носился по отделению, в понедельник выходит Лаврова, напоследок надо пошуметь, как следует. В это утро досталось и медсестрам, и Долбачеву, и пациентам язвенникам, курившим на крыльце. Пыл Варшавского охладил Влад. Он, уже готовый к рабочему дню, остановил Юру в коридоре.
- Юрий Михайлович, можно с Вами поговорить?
- Поговорить? – Юра удивленно посмотрел на Воронцова.
- Да, только, пожалуйста, не в коридоре.
- Идемте, - Варшавский пожал плечами и повел Влада в кабинет заведующего отделением. Когда дверь закрылась, Влад ошарашил Юру. Парень говорил, глядя в глаза грозному куратору, то, что не каждый решился бы даже подумать:
- Юрий Михайлович, Вика, конечно, может мне весить лапшу на уши, но я не ребенок. Ваши отношения меня, как бы не совсем касаются, вы оба не дети, но прошу Вас, как взрослого и умного мужчину, не афишируйте это в больнице. Она еще, балда маленькая, многого не понимает. Зато если ее имя начнут в больнице трепать, Вика очень расстроится. Ей будет больно и неприятно.
- Владислав, я очень рад, что именно Вы нас понимаете, я не собираюсь афишировать наши с Викой отношения здесь. Больница, как Вы правильно заметили, не то место. Однажды я уже Вам говорил, что никогда не обижу Вашу сестру. Повторюсь, добавив, что не обижу, и никому не позволю ее обижать. Она слишком чиста и прекрасна, чтоб ее имя кто-то посмел трепать.
- Спасибо, Юрий Михайлович, за то, что поняли меня.
- Это Вам, доктор Воронцов, спасибо, за то, что заботитесь так о сестре, - Юра подошел к Владу, протянул ему руку. Когда разговор логически завершился рукопожатием, Юра заговорщицким тоном спросил студента. - Неужели мы с Викой так спалились?
- Пока нет, - Влад улыбнулся. - Только не пяльтесь так друг на друга постоянно.
- Понял, - Юра рассмеялся. - Постараюсь!
Воронцов и Варшавский, смеясь, вышли из кабинета Лавровой, эту картину удивленно наблюдала Вика, которая, приготовившись к занятиям, шла в учебный класс. Она остановилась у стены, с интересом наблюдая, как Влад и Юра, хохоча и о чем-то переговариваясь, шли по коридору.

Занятия закончились быстро, Варшавский надиктовал кучу материала, задал написать реферат, и торжественно объявил об окончании теории:
- Итак, господа бездельники, лентяи, тунеядцы! Задание получили все, а теперь, марш по больным, а то, не дай Бог, без вас повыздоравливают! Да, доктор Воронцов, а Вы останьтесь.
Вика удивленно посмотрела на брата, потом на Юру, пожала плечами и отправилась в реанимацию к новому больному. Когда все ушли, Варшавский подмигнул Владу и, смеясь, поинтересовался:
- Ну и как взгляды?
- Нормально! Кажется, наша общая знакомая слегка обалдела! - Влада забавляла эта ситуация. - Хотя я, лично, рискую получить от сестры за все!
- Получить за все? И насколько «получить за все» от Виктории серьезно? - Юра решил узнать от брата максимум о сестре.
- Ну-у-у-у-у-у-у! - Влад задумался в поисках понятных для Юры образов. - Вот представьте себе, что Вы готовитесь к очень сложной нейрохирургической операции, только при этом Вы утром встали с головной болью, ломкой в суставах и… вчера долго и весело гуляли! А еще, какой-то урод побил Вашу машину! Во!
- Понятно, - Юра заливался хохотом, представляя себе эту картину. - Значит, если, что, предоставлю политическое убежище! Неужели такая хрупкая и нежная Вика может быть такой грозной?
- Юрий Михайлович, однажды в детстве, я имел несчастье взять без спроса Викину куклу и поломать ее. Так вот, - Влад приподнял рукав халата, демонстрируя шрам на руке, чуть выше локтя. - Это ее нежные зубки, а прошло уже без малого двенадцать лет.
- Знатный укус! - Юра профессионально осмотрел старый шрам.
- Ага, ядовитый! У меня почти месяц тогда швы расходились, гноилась рана. Думали, что все может плохо закончиться. Но обошлось. С тех пор я стараюсь не попадать Вике под горячую руку.
- Точнее под горячий зуб, - Юру насмешил рассказ Влада. - Ладно, доктор Воронцов, дуйте к больной, а если что, милости просим!
Когда Влад ушел, Юра подумал: «Подобное ищет подобное! Кто б мог подумать, что нежное маленькое создание, моя волшебная Сказка, может быть так похожа на меня, самонадеянного, упертого, помешанного на работе болвана!»

Илона Штурм сидела в своем кабинете. Она просто смотрела в экран. «Почему она? Почему? Мне двадцать четыре, я молодая, фигура у меня, вроде, нормальная, внешность тоже. Почему его тянет на эту подержанную старуху?» В голове женщины все путалось. Она никак не могла понять, почему шеф предпочел ей, молодой, свою бывшую жену. В этот момент в двери постучали.
- Войдите. – Илона собралась с мыслями. В кабинет вошла бухгалтер Лиля, полненькая невысокая блондинка, лет 45-ти. Все знали, что когда-то Лиля училась вместе с шефом, потом семья, дети, уже и внуки. Воронцов Лилю взял на работу недавно, когда ее внук пошел в детский сад. Бабушка решила помочь детям материально и вышла работать.
- Илона Генриховна, главная подписала Вашу справку по проекту.
- Спасибо, Лиля Дмитриевна, - тут девушке пришла в голову мысль. - Лиля Дмитриевна, вот Вы хорошо знаете шефа, - Илона подбирала каждое слово. - С ним последнее время происходит что-то странное, он никогда не бросал работу, а тут… не хочется в один день остаться на улице.
- Илоночка Генриховна, а что ж тут удивительного. С возрастом человек начинает ценить простые вещи – семью, детей, счастье. Когда-то Андрей Владиславович был очень счастлив: жена – красавица и умница, детки, дом, достаток. Потом все сожрала работа. А в какой-то момент человек останавливается, задумывается и понимает, что пропустил двенадцать лет жизни.
- Двенадцать?
- Да, они с Наташей расстались двенадцать лет назад. Тогда и появились правила: «сначала работа, потом работа, и только потом работа».
- За это время я бы точно уже нашла себе другого, - Илона хмыкнула.
- Ну, наверное, они все-таки друг друга любят до сих про, раз других не появилось. Тем более двое взрослых детей…
- Взрослых?
- Ну да, двойняшкам Воронцовым уже девятнадцать, они ровесники моего младшего сына. Такие ребята хорошие!
- Да! Дела! Как бы шеф дома про работу не забыл, - зло бросила девушка.
- Вы еще молоды, Илона Генриховна, не поймете, а вот я рада за Андрея и Наташу, они такая пара! - Лиля Дмитриевна положила подписанную справку и ушла.
«Красивая пара! Двойняшки Воронцовы! Да она его просто детьми шантажирует!» - тут же придумала Илона. Она решила бороться за шефа. Как? Еще не знала, но решила бороться до конца!

Андрей расхаживал по кабинету с мобильным и ждал ответа. Вот уже минут десять он не мог дозвониться до жены. Вдруг раздался звонок. Андрей тут же ответил:
- Привет, любимая… сколько?.. а что ты хотела, я не мог ни как дозвониться!.. на паре? Прости, забыл, что ты еще и пары ведешь… Натик, у меня есть предложение на вечер!.. Ты же не знаешь какое?.. Все равно согласна, хорошо, тогда будет сюрприз!.. я тебя тоже очень люблю, родная!
Андрей отключил мобильник и вызвал секретаря. Кода Вячеслав появился в его кабинете, Воронцов вручил ему деньги и распорядился:
- Вячеслав, сейчас же летишь в драматический театр, берешь два билета в центральной ложе на гастрольный спектакль, покупаешь большой букет белых роз, и пулей обратно, на все тебе полтора часа. Хватит?
- Понял, хватит.
Когда секретарь испарился, Андрей вызвал начальника безопасности. Высокий мужчина, бывший полковник ФСБ, вошел в кабинет шефа и сразу отчитался:
- Андрей, короче, мужик он гнилой, постоянно торчит под институтом в сером бумере. Мне он не нравится.
- Мне тоже, не сводить с него глаз. Если вдруг…
- Поля орошения примут его в нежные объятья.
- Так радикально?
- Это фигурально. Я ему просто оторву голову и все.
- Оставь это удовольствие мне.
- Хорошо. Кстати, я еще и к детям приставил ребят. Правда, там все тихо.
- Сразу видно – специалист!
- Андрей, пойду-ка я выполнять свою работу, а то разговоры хорошо, а дела есть дела, - начальник безопасности вышел, Воронцов задумался. Опять он глава семейства, жена, дети… «Она ждала меня 12 лет! Ни разу мне не изменила, вырастила замечательных детей. Как я мог столько времени потерять?! Идиот!»

Юра сидел в кабинете зав отделением и, прикрыв глаза и пытаясь упорядочить путающиеся мысли, думал: «С «мамой» договорился, с братиком тоже, остались папа и дедушки. С адвокатом или с главврачом, с кем будет больше проблем? Вика сказала, что с дедушками и бабушками она разберется быстро, а с Андреем все решит Наташа. Интересно, что Кроха придумает, чтоб посмеяться над «заговором однофамильцев»? Засранцы маленькие, провели меня дурака! Думают, что я не знаю про деда – главврача. Блин! А если бы я знал об этом раньше? Не, против этих глаз ни дедушки, ни главврачи не помогут!» Стук в дверь прервал процесс.
- Войдите! - Юра открыл глаза.
- Можно? - в кабинет заглянула Вика.
- Проходи, я один, - Юра улыбнулся, потянулся и поманил к себе Вику. Девушка вошла, захлопнув за собой двери. Она подошла к столу и, опустив глаза, спросила:
- Юра, а что это у вас за секреты с моим братцем?
- Никаких секретов, просто у него больная с характером. Пристает к парню.
- Не обманывай меня, - Вика заглянула в глаза Юры и обиженно надула губки.
- Не обманываю, просто пытаюсь наладить отношения с твоим братом.
- Я поняла. Ну не хочешь, не говори, я из него вытряхну.
- Викусь, иди ко мне, - Юра улыбнулся. - И не дуйся. Знаешь о таком понятии, как мужская солидарность? Так вот, я налаживаю эту солидарность с будущим родственником.
- С кем? - Вика подошла к Юре вплотную и удивленно посмотрела на него.
- С будущим родственником, - Юра притянул Вику к себе, усадил ее на колени, обнял и уткнулся носом в ее волосы.
- Юрка, ты…
- Ага, я такой, - его губы коснулись ее шеи. Вику прошило, словно током, девушка напряглась. Рука Варшавского прошлась по ее спине, доставляя неведомые ранее ощущения. Юра еле сдержал себя. Он прижал Вику к себе и прошептал на ухо:
- А ну, марш к больным, что ты со мной творишь? - он рассмеялся.

Андрей заехал за женой. Он быстро поднялся на второй этаж, зашел в деканат и без предупреждения распахнул двери. Наташа оторвалась от учебных планов, которые подписывала. Вот он, ее герой! Красавец брюнет в дорогом черном костюме «с иголочки» с огромным букетом белых роз. Наташа улыбнулась.
- Госпожа декан, собирайтесь, нам еще надо в магазин съездить, - Андрей улыбался той белоснежной улыбкой, которая двадцать лет назад покорила ее сердце.
- И где мы идем? - рассмеялась Воронцова.
- Сюрприз, давай собирайся, а то не успеем.
Наташа удивленно выгнула брови, еще раз бросила взгляд на мужа, покачала головой и стала собираться.
Они подъехали к дорогому салону, Андрей помог жене выйти из машины, распахнул перед ней двери. Консультант подлетела к Наташе и затараторила:
- Добрый день, чем я могу Вам помочь, - ее болтовню перебил Андрей.
- Девушка, моей жене надо подобрать вечерний наряд, цвет от электрик до индиго, думаю, что-то из Луи Виттон.
- У нас имеется широкий вы…
- Девушка, меня не интересует широкий выбор, - Андрей в упор посмотрел на консультанта. - Еще раз повторяю по-русски: темно-синяя гамма, Луи Виттон, вечернее длинное платье и к нему шарф!
Наташа и консультант удивленно смотрели на Воронцова. Безупречный вкус мужа не удивил Наташу, ее удивило то, с каким знанием дела он выбирал ей вечерний наряд. Девушка – консультант практически улетела за заказом строгого покупателя. Через минут пять она принесла элегантное вечернее платье цвета индиго, и роскошный шарф, в котором перемешался весь темно – синий сегмент цветового спектра. Когда Наташа вышла из примерочной, девушка – консультант просто села на стул, стоявший у окна.
- Натали, ты не отразима… - Андрей коснулся губами ее щеки. - Девушка, мы берем этот ансамбль, - он протянул кредитку.
В машине Наташа молчала. Андрей аккуратно вел машину, периодически поглядывая на жену. «Интересно, как ты будешь реагировать на «вторую часть марлезонского балета»? Малыш мой, ты совсем отвыкла от таких подарков. Какой же я козел!»
Приехав домой, Воронцов повел Наташу в спальню, на тумбочке она увидела большой конверт, и удивленно спросила:
- Андрей, мы куда-то едем?
- Пока нет, мы просто идем в театр. Сегодня гастрольный спектакль. Ленкомовский.
- Андрюша! - Наташа аж подпрыгнула.
- Давай собирайся, а то начало в семь, а уже четыре.
Сборы заняли практически два часа. Наташа с трудом вспомнила, когда последний раз выбиралась в театр. Пока дети были маленькими, она еще рвалась привить им любовь к искусству. А когда повзрослели, появилось множество забот, хлопот переживаний, стало не до походов в храмы искусства. И вот она идет в театр с мужем в роскошном вечернем платье…
- Натали, ты скоро? - голос Андрея вернул ее в реальность.
- Иду! - Наташа спустилась в гостиную.
- Ты сегодня – королева, - Андрей восхищался женой: роскошный темно-синий наряд, легкие черные лаковые туфельки, такой же клатч, белые локоны спадают с плеч, в ушах блестят роскошные серьги, его подарок на рождение детей, одним словом – богиня. - Натали, закрой глаза, - Андрей загадочно улыбнулся.
- И что дальше, - спросила Воронцова, исполнив просьбу мужа.
- А дальше! - руки Андрея колдовали на ее шее. - Ну, вот, открывай.
Наташа подошла к зеркалу и открыла от удивления рот: ее шею украшало дорогущее бриллиантовое колье!
- Андрей, - слов не было, в зеркале она увидела роскошную светскую даму, готовую покорить даже Первопрестольную.
- Карета, подана, моя Королева, - слегка склонившись в поклоне, выдал Воронцов. Он был доволен собой. Сюрприз удался.


Время, сталкиваясь с памятью, понимает, как оно бесправно Благодарность: 0 
ПрофильЦитата Ответить
Сокровище Слизерина




Сообщение: 172
Настроение: замечательно - вздорное
Репутация: 4

Награды: :ms02:
ссылка на сообщение  Отправлено: 19.08.12 18:51. Заголовок: Вика собиралась домо..


Вика собиралась домой, в студенческой остались только она, Влад и Снежана. Вика решила воспользоваться ситуацией и выяснить у брата, утреннюю ситуацию. Она подошла к Владу и, прихватив его сзади за шею так, чтоб он не смог резко разогнуться, спросила:
- Так о чем ты там любезничал с куратором, братик?
- Вика, отпусти, - ее пальцы больно сдавливали шею. – Отпусти, Вик, мне же больно.
- Владик, а ты расскажи Вике, что там случилось, она тебя и отпустит, - Снежана улыбнулась, наблюдая за беспомощностью любимого. «Надо бы у Вики поучиться!» - подумала про себя Смерть.
- Ага, еще ты ей подыграй! Снежанка, она же меня сейчас задушит!
- Да? – Снежана подошла ближе к Воронцову и прошептала на ушко. – Я, Смерть твоя, а она только сестра! Вик, я схожу, сдам истории болезней Алле Львовне. А вы тут пообщайтесь.
Когда Снежана ушла, Вика в лоб спросила Влада:
- О чем ты говорил с Юрой?
- Ого, - осторожно прохрипел Влад. - Уже Юра! Когда свадьба, сестренка?
- О чем вы говорили? – Вика злилась.
- Так Юру спроси, Викуль, он тебе расскажет. И отпусти меня, а то Снежанке не достанется любви, тепла и заботы. Ты как Варшавской станешь, мне ее в Воронцовы переводить придется. Отпусти! - от речей брата Вика покраснела, отпустила Влада, села и заплакала. - Ну, чего ты, - Воронцов сел рядом с сестрой и обнял ее. - Вик, не реви, я же вижу, как вы смотрите друг на друга, я же вижу, что вы влюбились, как дети малые. Да перестань же ты плакать!
- Влад, не смей насмехаться надо мной, - всхлипывала Вика.
- Чего? Я похож на врага самого себя? Нет, я не хочу, чтоб меня твой Юра прибил. Я не насмехаюсь, я просто тебя оберегаю, а он, между прочим, оказался мировым дядькой, - Влад вытащил платок и протянул сестре. - На, вытри слезы, а то сейчас моя Смерть придет, увидит, что ты ревешь, и будет мне счастье!
- Я не реву, - Вика вытерла глаза, посмотрела на брата и спросила. - Так что вы обсуждали с Юрой?
- Во, упертая! - Влад прижал к себе сестру. - Мы просто договорились тебя оберегать от больничных сплетен. Ты же нам не чужая. И мы не хотим, чтоб о тебе тут лишнее болтали.
- Ага, я им поболтаю.
В студенческую вернулась Снежана. Она с порога налетела на Воронцова:
- Не поняла! Почему у Вики красные глаза? Ты с ума сошел? Зачем сестру довел?
- Так, что такое мужская солидарность, я узнал сутра, что такое женская отгреб только что, - Влад рассмеялся. - Снежинка, полетели. Вика еще идет к больной на прощанье. Дома увидимся, Викусь, - Влад чмокнул сестру в щеку, обнял Снежану, и Вика осталась одна.

Юра посмотрел на часы. Шесть. Пятница. Дежурит Пашкин. Значит, пора домой. Он достал мобильный, набрал заветный номер и, услышав родное «алло», сходу отдал распоряжение:
- Значит так, я сейчас переодеваюсь, и через десять минут жду тебя в машине. Давай, - он отключился, быстро сменил хирургический костюм на джинсы и рубаху, по дороге вниз наорал на всех «для профилактики» и отправился на стоянку.
Вика вышла на улицу. Легкий вечерний ветерок приятно обдувал ее лицо. Девушка оглядела стоянку. Увидев Юру, она подошла к его машине.
- Привет, ну как денек закончился? - Юра обнял девушку.
- Ничего, истории болезней я заполнила. У Литвака, которому нейро делали, все в норме. Динамика положительная, уже глазами моргает на «да» и «нет».
- Я не о больных, я вообще, - Юра прижал к себе Вику.
- Вообще тоже все нормально.
- А чего плакала? - он смотрел ей прямо в глаза.
- Я не плакала.
- А обманывать некрасиво. Я же вижу, глаза красные.
- Это я с братом отношения выясняла, - Вика опустила глаза.
- Доктор Воронцов жив?
- Жив. У него есть своя персональная Смерть! - Вика улыбнулась.
- Тогда, бегом в машину и поехали кататься.
Они ехали по вечернему городу, Вика мечтательно смотрела в окно, Юра пытался держать себя в руках и следить за дорогой. Когда за окном окончательно стемнело, Вика наивно, по-детски спросила:
- Юр, а давай где-нибудь посидим, уже темно, кататься не интересно.
- Хорошо, - Юра на секунду задумался, усмехнулся, дал себе слово держаться и посмотрел в ее глаза. - А давай-ка ко мне. Я приготовлю ужин, и мы просто посидим в тепле и с музыкой.
- Хорошо, - Вика улыбнулась.
Дома Юра быстро готовил ужин из только что купленных в магазине продуктов. Вика сидела в комнате на диване и слушала музыку, прикрыв глаза. Она не заметила, как пролетело полчаса. Варшавский вошел в комнату с подносом. Он осторожно поставил еду на столик и, чтоб не напугать Вику, нежно погладил ее по голове. Девушка открыла глаза, улыбнулась ему, их взгляды встретились. Юра присел рядом и осторожно обнял свое сокровище. Вика прижалась к любимому. В его объятьях ей казалось, что мир создан только для них. Губы мужчины осторожно прикоснулись к ее виску, потом к щеке. Эти едва ощутимые прикосновения доставляли Вике неведомое ранее удовольствие. Она приоткрыла губы, ожидая продолжения, ощущая его дыхание. Рука Юры нежно ласкала спину девушки, плавно оказавшись под ее блузкой. Вика закрыла глаза, откинула голову. Его губы тут же прикоснулись к ее шее, опускаясь ниже. Вдруг Юра резко притянул к себе Вику, прижимая ее к себе так, что она уткнулась прямо в его грудь. Это были стальные объятья, Вика растворилась в них, а Юра, вдыхая аромат ее волос, пытался успокоиться, чтоб не наделать глупостей. Он с трудом взял себя в руки и прошептал ей на ухо:
- Сказка моя волшебная, какая же ты у меня замечательная!
- Юра, я люблю тебя, - прошептала Вика.
- Я тебя тоже, и именно поэтому спешить мы не будем. Пусть все случится вовремя. А сейчас мы будем ужинать.
- Ты такой!.. - Вика посмотрела в глаза Юры с восхищением и благодарностью.
Когда ужин был уничтожен, они еще час просидели на диване, обнявшись. От переизбытка эмоций, Вика стала засыпать. Юра улыбнулся, чмокнул ее в щечку и шепнул:
- Принцесса, а давай-ка я тебя отвезу домой. Ты устала, а я боюсь натворить глупостей. Давай, Малыш, вставай, поехали. Уже очень поздно.

В театре собрался весь городской бомонд. Не часто в провинцию с гастролями приезжают московские звезды. Дамы в роскошных нарядах, часто аляповатых и несуразных, мужчины не отставали от провинциальных красавиц. Супруги Воронцовы на этом «празднике» выглядели явно вызывающе правильностью и уместностью своих туалетов. Наташа разглядывала окружающих, часто сдерживая рвущийся смех. Андрей постоянно кивал головой, выражая приветствие.
- Андрюша, ты бы меня предупредил, что мы в цирк идем, - прошептала Воронцова мужу. - А то мне как-то неловко, не хватает клоунского носа!
- Натали, ну не у всех же в нашем городе безупречно идеальный вкус. Зато спектакль тебе понравится.
Спектакль действительно Наташе понравился. Столичные звезды есть столичные звезды. В антракте Воронцовы спустились в фойе, где к ним тут же подошел депутат Барыгин с женой. Более комичной пары Наташа еще не видела: несуразно одетая в яркое короткое платье полная дама лет сорока пяти, и не менее смешной депутат в малиновом пиджаке. Барыгин поприветствовал Андрея, представил жену и, улыбаясь, спросил:
- Андрей Владиславович, Вы нам представите свою очаровательную спутницу?
- Конечно, - Воронцов натянуто улыбнулся. - Это моя жена, Наталья Викторовна Воронцова.
- Не может быть! - Барыгин был удивлен. - И Вы скрывали от общества такой бриллиант?
- Просто я не люблю публичные выходы, - Наташа улыбнулась уголками губ.
- Дорогуша, но мы, светские дамы, должны поддерживать наших мужей! - из уст жены Барыгина сочетание «светские дамы» звучало более чем нелепо.
- Андрей у меня очень стойкий и знающий, мне не обязательно посещать эти рауты.
- Нуууу! - непонятное слово «раут» напрягло Барыгину.
- А как там наши детки? - Барыгин решил перевести разговор. - Как там Викочка поживает. Эдик мне ничего не рассказывает.
- Кажется, они не сошлись характерами, - Воронцов не хотел вдаваться в тему о детях. Тем более при Наташе.
- А мне казалось, из них выйдет замечательная пара, - Барыгин немного погрустнел.
- У нашей дочери несносный характер. Девочка уже выросла, не каждый сможет выдержать ее. Не расстраивайтесь, Ваш сын найдет себе достойную партию, - Наташа скроила «дипломатическую» улыбку.
- Да, а мы слушали своих родителей, - депутатша неодобрительно посмотрела на Воронцовых.
- Что ж поделать, «О, времена! О, нравы!», Виктория слушает только себя в таких вопросах, - про себя же Наташа подумала: «не дай Бог, такую родню».
Третий звонок спас Воронцовых от дальнейших переговоров с депутатом и его половиной.

Пятничные приключения четы Воронцовых продолжились после спектакля. Они вышли из театра, к ним подбежала Наташина однокурсница, Андрей оставил жену возле входа общаться и отправился на стоянку за машиной. Когда «Бентли» подкатил к тому месту, где Воронцов оставил Наташу, глазам Андрея предстала картина: какой-то урод схватил Воронцову за руку и что-то ей шептал на ухо. Наташа пыталась вырвать руку, ее подруга растерянно стояла рядом. Андрей быстро выскочил из машины, подлетел к жене и освободил ее от неприятного спутника.
- Какого черта, ты пристал к моей жене? – глаза Воронцова метали молнии.
- Жене? – усмехнулся мужчина. – А не поздно ли Вы вспомнили, что она Ваша жена?
- Что-о-о-о-о-о? - Андрей схватил «соперника» за шиворот. – Да я тебя сейчас!..
- Отпусти эту мразь, Андрюша, - Наташу трясло.
- Кто это? – Воронцов обнял жену, нежно прижавшись губами к ее виску.
- Кто я? Я профессор Резаков! Антон Эрастович Резаков! Профессор МГУ!
- Отлично! – губы Андрея искривила победная улыбка. Он со всего маху врезал профессору по зубам. Резаков свалился на театральные ступеньки. Воронцов потер руку и злобно процедил. – Еще раз увижу возле жены – убью! Дамы, карета подана!
Однокурсница Воронцовой после такой сцены быстренько попрощалась и испарилась. Наташа села в машину, бросив сочувствующий взгляд на профессора.

Аня Рожко и Витя Игнатов гуляли по набережной. Они любовались звездным небом и обсуждали свою будущую свадьбу.
- Я хочу, чтоб ты был во фраке. Обязательно в светлом, и шарф такой молочный.
- Тогда ты обязательно с фатой. Длинной.
- Хорошо, тогда в свадебное мы едем…
- Летим. Например, в Египет, там тепло.
- Хорошо. Да, а свидетели?
- У меня будет Влад, я уже с ним договорился.
- А я вот не знаю. Вика в облаках витает, кажется, она в «Я лечу» влюбилась.
- Только братцу ее не проболтайся, а то мы без куратора останемся.
- Не проболтаюсь. Наверное, попрошу Снежану. Гармонично будет, у них с Воронцовым с первого взгляда и, сдается, навсегда.
- Ну, прям, как у нас, - Витя сильней прижал к себе Аню и поцеловал ее. - Они будут следующими. Влад готовится к разговору с адмиралом. Думаю, что до Нового Года наша группа пополнится семейками Адамсов.
- Да уж! Малинины летом лихо распечатали это дело!
- А кто тогда поймал букет невесты?
- Юлина сестра, она в августе замуж вышла.
- А ты в кого будешь метать цветочную бомбу?
- Конечно же, в Вику. Со Снежанкой и так все ясно.
- Понятно. Слушай, а если Вика и «Я лечу» поженятся, это что ж такое будет?
- Хана больнице, - Аня рассмеялась. - Прикинь, Варшавский готовится к операции: крик, ор, все летают. Тут привозят еще больного, и к операции готовится Вика: крик ор, летают все, включая Варшавского, - девушка звонко смеялась, представляя картинку.
- Ага, потом в травме летают все: после операций в хирургии готовится к работе травматолог Воронцов, - Витя ухмыльнулся. – Воронцовы оба взрывные. А ты прикинь, если Вика и «Я лечу», как ты говоришь, будут вместе, у них родится бэбик, так это мелкое весь город перевернет!
- Вот уж точно будет семейка Адамсов!
- Ань, я тебе говорил, что я люблю тебя?
- Говорил.
- Я тебе говорил, что буду тебя на руках носить?
- Говорил.
Витя подхватил любимую на руки и закружил ее. Аня крепко обхватила его шею, закрыла глаза. Ей казалось, что она птица. Девушка сильней прижалась к Вите и закричала:
- Я ЛЕЧУ!

Влад нежно обнял Снежану. Губы скользнули по ее шее, рука оказалась под блузкой. Влад прижал девушку к себе и выдохнул:
- Снежинка, я люблю тебя. И хочу поговорить с твоим отцом. Прямо уже!
- О чем, - Снежана поддалась ласкам Влада, дыхание участилось, руки девушки обвивали его шею.
- Я хочу, чтоб ты стала моей женой.
- Так сразу?
- Угу! - губы парня впились в сладкие губы возлюбленной. Казалось, этот поцелуй будет вечным. Влад подхватил Снежану на руки, и, не отрываясь от ее губ, в одно мгновение влетел в гостиную адмиральской квартиры.
Одним глазом он следил за реакцией отца своей девушки. И это стоило того! Глаза адмирала Анатолия Смерти стали в секунду квадратными. Он привстал с дивана, пытаясь понять, что происходит в его доме. Когда Снежана, наконец, поняла, что сделал Воронцов, она зажмурилась и приготовилась выслушать отцовскую бурю. Адмирал собрался с мыслями и громко рявкнул:
- Что это такое?
Влад аккуратно поставил любимую на ноги, поправил ворот рубашки и спокойно сказал, глядя адмиралу в глаза:
- Ничего особенного, товарищ адмирал, кроме того, что я, Владислав Воронцов, люблю вашу дочь и хочу на ней жениться.
- Что? – отец Снежаны от неожиданности упал на диван. – Дочь, я хочу знать, что это значит? – адмирал, придя в себя, начал закипать.
- Нуууууууууууу, - Снежана опустила глаза.
- Анатолий Борисович, я прошу у Вас руки Вашей дочери, - отчеканил Влад.
- Молодой человек, вы знакомы всего две недели! – отец злился. – Неужели за две недели…
- Извините, что перебиваю, но иногда и одной минуты достаточно, я люблю Снежану. Я хочу быть с ней всегда рядом, заботиться о ней, в конце концов, - Влад улыбнулся. – Я целовал Вашу дочь у Вас на глазах. Как порядочный человек, теперь я должен на ней жениться!
- Юноша, вы сошли с ума! Сколько Вам лет?
- Скоро будет 20.
- И как Вы намерены содержать семью, где Вы намерены жить?
- Как раз эти вопросы у меня решены. Отличная квартира в центре города, работаю на скорой, заканчиваю медин. Ну, и родители мои помогут.
- Вот времена пошли! – всплеснув руками, Анатолий Борисович посмотрел неодобрительно на ребят. – А родители уже в курсе, юноша, что они будут помогать?
- Родители всегда в курсе. Завтра мы идем со Снежаной подавать заявление в ЗАГС
- А я еще вам не дал добро! – адмирал встал с дивана и подошел к дочке, недобро сверкнув на нее глазами. Влад прикрыл Снежану спиной, заметив будущему родственнику:
- Товарищ адмирал, если возникло желание провести воспитательную работу физическими способами, так лучше на мне.
- Не понял, - отец Снежаны удивленно смотрел на Влада.
- Просто я даже Вам не позволю поднять на нее руку, - на одном дыхании выдал Влад. Он стоял перед военным моряком, закрывая собой любимую девушку, готовый защищать ее до последнего. Эта ситуация рассмешила отца Снежаны.
- Все, сдаюсь, идите хоть в ЗАГС, хоть к черту! - адмирал хохотал. Никто еще и никогда не запрещал ему воспитывать дочь. Наглость и бесстрашие Влада подкупили строгого отца. - Снежана, и где ты такого нашла? Смотри, он меня сейчас сожжет взглядом!
- Пап, мы просто любим друг друга, - наконец решилась высказаться девушка.
Адмирал протянул руку Владу. После рукопожатия Анатолий Борисович предложил парню посидеть и поговорить серьезно.
- Снежана, давай быстренько чай организуй, а мы тут по-мужски пока поболтаем, - когда Снежана ушла на кухню, адмирал уже спокойно спросил Влада. - Ну, так что вы там себе нарешали?
- Ничего особого. Анатолий Борисович, я ведь серьезно. Таким не шутят. Я люблю Снежинку, хочу жениться на ней. Хочу, чтоб у нас была семья.
- Это я уже понял. Вы учитесь вместе?
- Да, и я работаю на «скорой». Когда Вы познакомитесь с моими родителями, увидите, семья у нас хорошая, достаточно обеспеченная. Снежана со мной ни в чем нуждаться не будет.
- А почему, юноша, Вы решил стать врачом? Нынче мода на юристов, экономистов.
- Отец хотел, чтоб я учился бизнесу в Англии, но я с детства мечтал стать врачом. Как дед. Он у нас классным хирургом был.
- Ага, значит врач вместо бизнесмена?
- Да, воплощаю детскую мечту.
- Это похвально, целеустремленность хорошее качество для мужчины.
- Анатолий Борисович, я прошу Вас отнестись ко мне и моей просьбе серьезно.
- А я очень даже серьезен, - адмирал пристально посмотрел на парня. Влад не отвел взгляда, глаза в глаза мужчины изучали друг друга. «Уверенность и смелость целеустремленность и любовь. Для юноши много, много даже для мужчины» - подумал отец. Мысль оборвала вошедшая с подносом Снежана.
- А вот и чай! – она поставила поднос на столик. – Вы оба живы, значит…
- Значит, Владислав знакомит меня со своими родителями, мы общаемся с ними, а потом решаем, когда и куда вы несете заявление.
- Отлично, - Влад улыбнулся. – Значит, завтра я говорю с родителями, и в воскресенье будем знакомиться!
Суровый адмирал улыбнулся.


Время, сталкиваясь с памятью, понимает, как оно бесправно Благодарность: 0 
ПрофильЦитата Ответить
Сокровище Слизерина




Сообщение: 173
Настроение: замечательно - вздорное
Репутация: 4

Награды: :ms02:
ссылка на сообщение  Отправлено: 19.08.12 18:53. Заголовок: Утро субботы началос..


Утро субботы началось весело. Кода Наташа с Андреем приехали за вещами, Вику дома они не застали. Влад мечтательно пялился в потолок, а когда водитель вышел с приготовленными вещами, парень начал разговор с родителями.
- Ма, па, я женюсь, - быстро выпалил младший Воронцов, с интересом наблюдая за родителями. Наташа удивленно посмотрела на сына, села в кресло и спокойно спросила:
- Когда знакомимся с родителями невесты?
- Завтра, - Влад нагло улыбнулся. - Я знал, мамуль, что ты меня поймешь и поддержишь.
- Влад, а не рановато? - Андрей не знал, что говорить сыну. - Может, еще хоть годик подождете? Как там сейчас принято, пожили, посмотрели… - Воронцов - отец пожал плечами, растерянно глядя на сына.
- Андрей Владиславович, а вы с Натальей Викторовной долго думали, когда нас ваяли? - сын рассмеялся.
- Владик, я тогда был уже взрослым мальчиком. Мне было 27, бизнес, возможности… нет, мы конечно с мамой вам поможем, но мне кажется, что как-то рано, что ли, - таким растерянным отца Влад еще не видел.
- Короче, родители. Завтра я вас познакомлю с адмиралом Анатолием Борисовичем Смертью. Заодно посмотрите на будущую невестку, ее зовут Снежана.
- Влад, а где вы собираетесь жить? - Наташа склонила голову на бок и прищурилась.
- А я с Викуськой договорился. Она сваливает к вам, я остаюсь тут, на первое время. А там, стану классным доктором, купим свою берлогу.
- Понятно, а если завтра, твоя сестра соберется замуж?
- Так у них есть, где жить!
- Не понял? - в разговор вернулся Андрей. - Вика выходит замуж? За кого? Что тут, в конце концов, происходит?
- Ша! Папа, она еще никуда не выходит! Ну, влюбилась моя сестренка, пусть будет счастлива! Он классный чувак! - Влад рассмеялся, наблюдая за родителями.
«Подождите, «однофамильцы», будет вам еще прикол нашего городка!» - подумала Наташа, улыбнулась, а вслух сказала. - Так, детки, ваши влюбленности – ваши проблемы, а вот свадьба – это серьезно. Во сколько завтра у нас знакомство с семьей Смертей?
- Ну и фамилия! - Андрей закатил глаза.
- Поэтому, пап, я и спешу. Хочу своей Снежинке дать попрезентабельней фамилию.
- Ладно, ты взрослый, сам знаешь, что творишь. В котором часу я увижу Смерть?
- Пап, ты шутишь, и это хорошо! Завтра в четыре. Мне Вика со Снежинкой помогут. Если вы не против, то соберемся здесь.
- Как быстро ты вырос, Владик, а мне казалось, что ты еще ребенок, - Наташа подошла к сыну и обняла его. - Да, еще вчера, вы капризничали, не хотели идти в детский сад, а уже сегодня планируете свои семьи.
- Значит завтра в четыре, - Андрей тяжело вздохнул, покачал головой и вдруг спросил. – Владик, а где Вика? Сейчас десять утра, а ее уже нет. Или еще? – Андрей сверкнул глазами, словно молниями.
- О! Она сегодня утром на мой вопрос, где убегает, глазами сверкала точно так же, - Влад усмехнулся отцовскому гневу. – Пап, не надо молний из глаз. Вика взрослая и мне не докладывает. Вот заберете ее к себе, там и воспитывайте, выясняйте, что и где. А я не хочу остаться без руки, ноги, или головы. Для нее свобода мысли и действий – святое.
- Понятно, - Воронцов обнял жену и обменялся с ней взглядами, понятными только им двоим. Вдруг Влад расхохотался и, давясь собственным смехом, выдал родителям:
- Слушайте, предки, я тут подумал, и, как врач, вам советую, вы ж еще о-го-го! Родите нам сестру или брата, а то воспитанием укатаете! Нас перевоспитывать бесполезно, а малого можно будет лепить, как захотите. Говорят, дети укрепляют семью, иногда,- в конце съязвил Владик.
Воронцовы рассмеялись. Наташа потрепала сына по голове, улыбнулась и, вздохнув, сказала:
- Все, мы поехали, а то ты договоришься, жених!

Вика сидела на берегу моря и мечтательно смотрела на воду. Волна быстро набегала на песчаный берег и тут же сглаживала все шероховатости птичьих следов, отпечатков чьих-то ботинок. Когда ей хотелось побыть наедине со своими мыслями, девочка приходила к морю. Вот и сегодня утром она проснулась и пришла сюда.
Юра медленно брел по песку. Всю ночь он не сомкнул глаз. Вот и сейчас она постоянно перед глазами «Что ты со мной сделала, Сказка! Я совсем перестаю думать, когда вижу тебя! Вик, так хочется тебя забрать и укатить куда-нибудь далеко, где будем только мы!» С этими мыслями Юра пришел к своему любимому месту. Он забрался на большой камень возле воды. И стал смотреть на море. Вдруг правее от него, по воде запрыгал камешек, Варшавский повернулся и… он чуть не свалился в воду. В десяти шагах от него, облокотившись на соседний валун, сидела Вика! Юра осторожно спрыгнул с камня и медленно, чтоб не напугать любимую подошел к ней.
Вика задумавшись, не заметила, как за ней наблюдают. От мыслей девушку оторвал знакомый и родной голос:
- Доктор Воронцова, а Вам «двойка»! – Юра рассмеялся реакции Вики, которая посмотрела на него сияющими глазами, а когда поняла про «двойку», взгляд наполнился обидой.
- За что? – она надула губки, свела свои черные брови и посмотрела на Варшавского снизу вверх.
- За то, что опять уселась на холодное. А ну-ка, поднимайся! – Юра не дал Вике опомниться, и она оказалась на его руках. – Вика, сколько раз тебе говорить, на холодном сидеть нельзя! – строго вещал Варшавский. – Ты к моему брату в отделение захотела?
- В какое? – девушка испуганно смотрела в его голубые глаза.
- В страшное! – Юра свел брови и строго посмотрел на Вику. - Вадим заведует у нас гинекологией. Не хватало еще, чтоб ты простудилась и вместо хирургии изменила мне в его отделении. Значит так, - Юра нес Вику вдоль берега и поучительно вещал, как на лекции. – Персонально для тебя вводятся новые правила. Я тебе запрещаю сидеть на холодном, бегать раздетой по улице, и не слушаться меня! Нарушение этих правил грозит «двойками»! А, значит, и несданным зачетом! Понятно?
- Понятно, - тихо выдохнула Вика. Она так и не поняла, шутит Варшавский или говорит серьезно. Но спросить не решилась. Она просто уткнулась в его грудь, обхватила шею руками, прижимаясь к любимому, и прошептала – Я больше не буду.
- Другое дело. А сейчас мы идем ко мне пить горячий чай.

Вика разглядывала старую фотографию в дорогой рамке. Красивая женщина с большими грустными глазами и мужчина в военной форме, как две капли воды похожий с Юрой. «Наверное, родители. А Юра очень похож на отца». Сильные родные руки сзади обняли Викины плечи.
- Это папа с мамой. Отец был военным врачом. Погиб в Афгане. А мама… - от его дыхания Вика замерла.
- Ты очень похож на отца, - выдохнула тихонько девушка.
- Он был намного лучше меня, - Юра взял фотографию, сощурил глаза и тяжело вздохнул. – А на мамины похороны я опоздал.
- Юр, - Вика повернулась к любимому. Она заглянула в его глаза, сколько боли доставили воспоминания! – Юрочка. – Вика провела рукой по его лицу, встала на носочки и в одно касание поцеловала родные губы. Ее прикосновение вернуло Варшавского в реальность. Он улыбнулся, поставил фотографию на место и чмокнул Вику в щеку.
- Пошли пить чай, а то остынет.
На маленькой кухне было очень уютно. Вика сидела у Юры на коленях, они пили чай с ее любимыми шоколадными конфетами «Белочка». Вика аккуратно разворачивала конфету, держа пальцами обеих рук, и маленькими кусочками поглощала ее.
- Сказка моя родная, ты сама как белочка, - Юра улыбнулся и прижал девушку к себе. Он нежно поцеловал ее шею и провел рукой по ноге.
- А потом будешь спрашивать, что я с тобой делаю, - Вика обернулась и лукаво подмигнула Варшавскому.
- Ты меня сводишь с ума, Малыш, мне очень тяжело держать себя в руках, - он улыбнулся.
- А ты не держи, - склонив голову на бок, Вика провела рукой по его груди и стала расстегивать пуговицы на рубашке.
- Вика, прекрати, мы же с тобой договорились, надо чуть-чуть подождать, - Варшавский коснулся губами ее носа.
- А я не хочу ждать. Юр, мы же взрослые.
- Вот именно поэтому, все надо делать по-взрослому, - он говорил спокойно, и только Богу было известно, как тяжело давалось ему спокойствие. Юра крепко прижал к себе любимую, зарылся в ее волосы. – Викусь, ты же у меня умница. Мы с тобой будем очень счастливы, но сначала надо порешать проблемы. У меня висит на шее один очень тяжелый хомут, много лет я решаю эту проблему, уже даже в суде. Осталось немного потерпеть, и тогда все нам с тобой будет можно.
- Юрочка, у тебя все получится, я знаю.
- Конечно, получится, у меня же есть ты.

Воскресенье. Снежана и Вика хозяйничали на кухне. Влад торчал перед открытым шкафом в раздумьях, в каком виде предстать перед адмиралом. Вика заглянула в комнату брата и рассмеялась.
- Владь, надевай костюм с галстуком, но сначала открой маслины и грибы.
- Ты думаешь?
- Я знаю, - Вика смеялась.- Папа приедет в костюме, ты будешь достойно сочетаться с ним. Тем более что под платье Снежаны джинсы явно не пойдут!
Влад тяжело вздохнул, достал из шкафа костюм белую рубашку, галстук, ухмыльнулся и пошел на кухню помогать девчонкам.
Ровно в половину четвертого стол был готов. Вика критично осмотрела брата, поправила галстук и вынесла приговор:
- Ну, копия Андрей Владиславович!
- Вик, давай без этих твоих!.. – пререкания брата и сестры прервал звонок в двери.
- Ладно, жених, пошла-ка я предков встречу.
Родители пришли не с пустыми руками, торт шампанское, хороший коньяк. Вика представила им Снежану, Влад нервно дергался в ожидании адмирала.
- Влад, папа может немного задержаться, он все-таки военный. Не нервничай так! – Снежана обняла парня и нежно его поцеловала.
Воронцовы и Смерть сидели в гостиной, ожидая грозного адмирала. В четверть пятого раздался звонок в дверь. Влад аж подпрыгнул. Парень вылетел в коридор, открыл входную дверь.
- Добрый день! - на пороге стоял отец Снежаны с букетом роз и увесистым кульком.
- Проходите, Анатолий Борисович, - Влад немного нервничал.
В гостиной обстановка была не менее нервной. Снежана очень хотела понравиться Воронцовым. Вика наблюдала за родителями, она заметила, что маме девушка понравилась. Андрей сидел рядом с женой, слушал разговор Наташи со Снежаной и кивал головой. Когда вошел адмирал, Воронцов – отец встал с дивана, пожал руку отцу девушки и представился
- Андрей Владиславович Воронцов, а это моя супруга Наталья Викторовна.
- Очень приятно, Анатолий Борисович.
- А давайте к столу, - Вика решила ускорить события и помочь брату.
За столом было весело, после второй бутылки коньяка Андрей и Анатолий обнялись, поцеловались и решили, что раз дети уже выросли и решили жениться пусть идут в ЗАГС. Свадьбу отгулять решили в ресторане гостиницы «Лонг», там же снять молодым номер. Наташа смотрела на папаш и улыбалась. Всегда строгие и чопорные, они были такими смешными сейчас, когда планировали праздник для детей.

Вика скользнула глазами по часам. Наташа заметила, что дочь стала волноваться. «Наверное, не знает, как смыться к Юрке», - подумала мать. Улыбнувшись очередной шутке адмирала, Воронцова решила помочь дочке.
- Вик, а ты разве не должна проведать пациента в реанимации? - она подмигнула Вике.
- Должна, - дочь послушно кивнула маме. – Просто неудобно как-то…
- Да, ладно, - Влад сразу понял, в чем дело. – Давай беги, а то тебя завтра наш зверь съест! – парень рассмеялся.
Вика попрощалась и быстро убежала. Влад многозначительно поднял палец вверх и изрек:
- Во! Будущее светило медицины! Сказали следить за больным, так она и в выходные в больнице! С ночного на кухню и опять к пациенту! – на последнем слове Влад рассмеялся.
- А мне такое отношение к работе импонирует, - строго сказал отец Снежаны.
- Это она в меня, - горько усмехнулся Андрей.
Только мать и брат знали истинную причину заботы о «пациенте»!

Юра прохаживался вдоль газона, нервно поглядывая на часы. Сигарета за сигаретой, он смял пустую пачку, распечатал новую и снова закурил. «Варшавский, ты пришел на полчаса раньше! А вдруг она не придет? Чего ты, как пацан скачешь? Она так сладко вчера дрыхла на ночном…» - мысли в голове Юрия носились хаотично, не особо способствуя спокойствию. Вдруг в конце аллеи он увидел знакомый силуэт. Вика, заметив его, побежала на встречу и влетела прямо в расставленные для нее руки. Самые сильные, самые родные.
- Как я соскучился! – он крепко прижал к себе Вику.
- Я тоже, - уткнувшись в его грудь, прошептала девушка.
- Где пойдем? – Юра заглянул в любимые черные глаза.
- Идем к морю, я люблю гулять у воды.
- Бродить и успокаиваться… - Юра улыбнулся. – Идем, принцесса, только у воды капюшон набросить!
- Зачем? – Вика удивленно посмотрела на Юру.
- А затем, что по вечерам уже холодно, не хватало, чтоб ты простудилась.
- Ладно, идем, - девушка улыбнулась и подумала: «Он такой заботливый, строгий и смешной!»
Они шли по берегу молча. Юра нежно обнимал ее за плечи, Вика улыбалась, прижимаясь к нему и футболя камешки. С первыми звездами они вышли на набережную и еще долго бродили по залитому фонарями городу.
Юра осторожно бросил взгляд на часы, светившиеся на вывеске одного из кафе. 23.45. Он тяжело вздохнул. Вика тут же испуганно спросила:
- Что-то случилось, Юр?
- Случилось, - Юра опять вздохнул. – Тебе пора домой.
- Я не хочу домой. Тем более что теперь мне придется ездить в Царскосельский, мы вчера переехали! Я хочу еще гулять!
- Вик, ты сейчас капризничаешь, как маленький ребенок, уже очень поздно, и если завтра кто-то заснет у меня на паре…
- Ты влепишь мне «двойку», - грустно закончила Вика.
- Вот именно, поэтому, я сейчас завожу машину и везу тебя домой.
- Ладно, Ты прав, надо выспаться, завтра у меня два нелегких больных. А еще куратор, который любит ставить «двойки».
- Вот, больные – это работа, а куратора я хорошо знаю, не будешь учиться – получишь «пару».
Препираясь и перешучиваясь, влюбленные подошли к стоянке возле дома Варшавского. Юра быстро завел машину, и они умчались в ночь.


Время, сталкиваясь с памятью, понимает, как оно бесправно Благодарность: 0 
ПрофильЦитата Ответить
Сокровище Слизерина




Сообщение: 175
Настроение: замечательно - вздорное
Репутация: 4

Награды: :ms02:
ссылка на сообщение  Отправлено: 21.08.12 20:56. Заголовок: Понедельник начался ..


Понедельник начался весело. Вышедшая на работу зав хирургией Лаврова и сразу попала в круговорот событий. У кабинета Майю Петровну ждала неприятная дама с «базарным» лексиконом. Как только заведующая подошла к кабинету, дама начала орать на весь коридор:
- Мой сын … к вам в отделение попал … провериться на язву, а вы тут … что с ребенком сделали? Да я вас … всех сейчас тут… - ее спич прервал появившийся, очень кстати, Варшавский, спасший Лаврову от «базарной» крикуньи. Его крик прервать уже не мог никто!
- А! Это Вы мамаша урода, который чуть студентку не изнасиловал! Ваш сынуля – ублюдок поехал в армию! Скажите спасибо, что не в тюрьму! И тут он больше «косить» не будет! А гонорар Вам вернет доктор Долбачев! С ним договаривались? Ему и орите! – дама в шоке смотрела на Варшавского. Юра перевел дыхание и продолжил. – И еще, пока я не вызвал милицию, исчезните из отделения! – вид Юрия Михайловича красноречиво «рассказывал» о возможных последствиях. Дама благоразумно исчезла.
- Юрий Михайлович, что за история? – Лаврова удивленно посмотрела на хирурга.
- Кофе нальете, расскажу, - усмехнулся Юра.
В кабинете Лавровой пахло хорошим кофе. Варшавский, развалившись на диване, подробно описывал неделю в отделении без Майи Петровны.
- …а в общем и целом, сегодня Малинина выходит на занятия, у меня есть хорошая операционная медсестра, один хороший и один вменяемый хирурги, ну, я – гений, и Вы – начальник.
- А Долбачев? – Майя Петровна в упор посмотрела на Юру.
- Долбачев? Клоун? А кто нам будет делать нычки из колбаски, коньяка и конфет? И VIP-ов кто-то должен разводить! – Варшавский рассмеялся. – Да и мне перед операциями покричать на кого-то надо.
- Ясно. За то, что за полторы недели, Юрий Михайлович, ты не разнес отделение, награждаю тебя отгулом.
- Э, нет, у меня детский сад №13-М-666. Я этот цирк не могу оставить. А за отгул спасибо, я позже Вам о нем напомню!
- Ладно. Спорить с Вами, Юрий Михайлович…
- Только себе вредить, Майя Петровна! – Юра поставил чашку на стол. – Спасибо за кофе, убежал я, работы – во! – он провел ладонью по горлу и скрылся за дверью.
Занятие шло спокойно, вдруг в конце, когда Юра уже раздавал задания студентам, в учебный класс влетела терапевт Татьяна Мальцева и выдала жестко и с «улыбочкой»:
- Твою Ирочку везут к нам! Разбилась красавица на машине, не пережила статуса «твоей бывшей»! – Татьяна мгновенно заметила результат новости, довольно хмыкнув, вылетела и исчезла.
- Все по больным, - жестко сказал Юра.
Его глаза горели недобрым огнем. Студенты быстро покинули класс, только Вика сделала вид, что у нее расстегнулась заколка. Когда в классе они остались одни, девушка молча подошла к Юре, взяла его за руку и тихо сказала:
- Все будет хорошо. Эта тетка специально тебя злит, ей хочется быть с тобой.
- Да! – Юра посмотрел в любимые черные бездны. – Я знал, что девочки взрослеют быстрее мальчиков, но не настолько же!
- Юр, я тебе помогу, я все буду делать, что ты скажешь.
- Вик, она все-таки моя бывшая, - он смотрел ей прямо в глаза. – Ты сможешь?
- Она – пациент, а я – будущий врач. Ты же можешь!
- Я могу, а ты уже стала врачом, девочка моя, - он нежно обнял Вику. – Тогда бегом готовиться к операции.
Когда привезли доктора Ирину Алексеевну Старцеву, операционная бригада была готова: Юра, Бухтеев, на всякий случай травматолог Кузнецов, анестезиолог Тишман, Вика, реаниматоры. Ирину вкатили и стали готовить к операции, на входе врач скорой быстро что-то говорил Варшавскому, Юра выслушал, рявкнул: «пошел вон», и вошел в операционную. Он закрыл глаза, сосредоточился, глубоко вдохнул и спокойно сказал:
- Скальпель, тампон, поехали.
Операция длилась уже три часа. Множественные внутренние повреждения, сломанные ребра, абдоминальное кровотечение. Он работал, как робот. Ни одного лишнего слова, ни одного лишнего движения.
- Анастомоз, Виктория, давайте.
Вика шила быстро и аккуратно. Она старалась, ведь, ему сейчас было очень тяжело. Хоть как-то поддержать! Все, что она сейчас могла, это хорошо делать свою работу.
- Олег, твой выход, ребра.
Кузнецов работал мастерски, удалил нижнее левое ребро, быстро собрал «осколки».
- Я закончил.
- Георгий Маркович, ревизия.
Бухтеев быстро проверил «поле боя», и тихо выдохнул:
- Чисто, шьем.
- Виктория, - Юра просто посмотрел ей в глаз. Без лишних слов она зашивала больную.
Когда выключили свет, бригада молча отправилась в ординаторскую. Лаврова уже была там. Она обняла Юру за плечи, усадила на диван и просто посмотрела в его глаза.
- Все прошло нормально, без осложнений. Меня беспокоит только ушиб мозга, - голос Юры был ровным, но уставшим.
- Что там, тяжелый случай?
- Не знаю пока, до утра понаблюдаем. Там будет видно.
- Юрий Михайлович, на ночь оставаться вам не надо. Сегодня дежурит доктор Пашкин. Если вдруг что, он Вас наберет.
- Спасибо, Майя Петровна. Но я тут побуду часов до восьми. Во избежание эксцессов.
- Ясно, расслабляйтесь, хирурги, - Майя Петровна усмехнулась и вышла.
Бухтеев тут же достал коньяк, анестезиолог Тишман сбегал за бутербродами. Юра встал и дивана, подошел к Вике и тихо сказал:
- Доктор Воронцова, как мы с Вами не устали, а пить «валерьянку» нам еще рано. Мы идем в реанимацию к Вашему больному с проблемами головы.
Вика посмотрела в глаза Юры и поняла все без слов. Он не хотел сейчас обсуждать свою бывшую женщину.

Студенты в кафе обсуждали происшедшее на паре. Они никак не могли понять, с чего это какая-то докторша так наехала на «Я лечу», почему он не послал ее.
- Да просто не успел, она испарилась, как пар! – Игнатов ухмыльнулся. – Не, ну, бывшая! Ну, попала в аварию, но какого черта нам занятие срывать!
- А что это ты так воспылал любовью к учебе? – подозрительно посмотрела на Витю староста.
- Светлова, ты чего, тормоз? Нам зачет сдавать. А Варшавский это не кино, и не сериал, это реальность!
- Витька прав, надо возвращаться в больницу. Кстати, мы со Снежинкой идем завтра в ЗАГС! – Влад улыбнулся. – А потом закатим вечеринку в честь события. А то Витек с Аней проказенили из-за того урода, ну, что в армию попал!
- Отлично! Влад, такое закатим! – глаза Вити радостно заблестели.
Студенты рассчитались и отправились в больницу. Только ребята переоделись и собрались по больным, как по коридору прокатилась послеоперационная волна «Юрий Михайлович Варшавский». Юра летел в реанимацию, за ним практически бежала Вика. По дороге куратор бушевал: под его горячую руку, как всегда, попались медсестры, больные – нарушители режима и Долбачев, поселявший очередного VIP – больного. Как только смерч влетел в реанимацию, студенты быстро растеклись по больным.
В реанимации Юра внимательно посмотрел показания приборов, заглянул в историю болезни, изучая динамику, и спокойно сказал:
- Думаю, завтра к вечеру он уже придет в полный порядок, - он обернулся к Вике. – Извини, Малыш, что кричал по дороге. Мне сейчас так погано на душе, - в его глазах было столько боли и разочарования!
- Юр, - Вика прижалась к нему. – Все будет хорошо. Не вини себя ни в чем.
- Спасибо, Сказка, - он грустно улыбнулся и поцеловал Викину макушку.
- Юра, хочешь, я посижу с Ириной Алексеевной, пока она оклемается?
- Не надо, она дозавтра в себя не придет. А там посмотрим. Просто побудь со мной до вечера. Ты умеешь утешить зазнавшегося гения. А сейчас, - Юра взял Вику за руку. – Я тебя отведу в кабинет к Лавровой и попрошу Майю Петровну сдать тебе ее большой диван. Даже не спорь, - Юра на корню пресек возражения.

Рабочий понедельник Андрея Воронцова начался ужасно. На его стол легла папка с контрактом, от которого он уходил уже не первый год. Хозяин «Империала» посмотрел на первый лист, тяжело вздохнул и вызвал начальника безопасности.
Когда в кабинет вошел полковник Лозинский, Воронцов молча передал ему папку. Ознакомившись с титульным листом, начальник безопасности изрек:
- Я – «против».
- Иван Иванович, я тоже «против». Каковы последствия отказа?
- Не знаю, но последствия согласия еще хуже.
- И тут я с тобой, Ваня, полностью согласен.
- Андрей, могу, конечно, пробить варианты, но советую уже подарить жене и детям новые телефоны.
- Радиомаяки?
- Именно, эти могут все!
- Что будем делать? Меня не прельщает перспектива рисковать семьей. Я их только начал возвращать!
- Андрей, поговори с женой, объясни ей ситуацию. Это случилось бы не сегодня так завтра. «Империал» им не нужен, им нужны наши каналы, им нужны наши связи.
- Я готов отдать все! Только не трогать семью.
- Их не интересует все, сам знаешь.
- Ладно. Давай решать все по порядку. Пробей их, приготовь телефоны, а там посмотрим. Я поеду к Наташе.
- Удачи, я все приготовлю.

Наташа задумчиво глядела в окно. Вот и первые проблемы ворвались в только что вернувшуюся семейную жизнь. Андрей рассказывал о контракте, о проблемах.
- … я готов отдать «Империал», если они согласятся, но, похоже, что от меня им надо совсем другое.
- Андрей, меня интересует только безопасность детей. Мы с тобой переживем все.
- Поэтому я и хотел поговорить с тобой. Наташа, я готов отдать все за ваше спокойствие.
- Хорошо, пробивайте своих деятелей, дари нам телефоны, только детям ничего не говори. Кстати, телефон для Снежаны тоже приготовь. Подбери два крутых одинаковых один черный для Влада, другой цветной для девочки. Да, мы с Викой кроме Nokia других не признаем, не хочется переучиваться.
- Понял, сейчас же поедем обедать и покупать технику.
- Воронцов, ну почему тебе не живется спокойно? - Наташа улыбнулась.

Андрей смотрел на четыре новых телефона. Всё, готовы радиомаяки, пробиты причины «странного» контракта. Осталось выяснить последний момент. Лозинский вошел в кабинет без стука. Он упал на стул и выдохнул:
- Сначала хотят разорить, потом забрать.
- Ясно, когда они хотят говорить?
- Сегодня, через час.
- Хорошо.
- Не хочешь спросить, кто за этим стоит?
- Я догадываюсь. Маршал?
- Не угадал. Некто доктор Челси.
- Не понял? Какой еще доктор? Это не Ледя Маршал?
- Нет! Я сам обалдел! Прикинь, Андрей, Ледя мне помощь предложил, боится, что может стать следующим.
- То есть?
- Я и сам не понял, Ледя с тобой встретится завтра. Кто такой доктор Челси, пока не знает никто, ни имени ни отчества. Просто доктор Челси. Представитель прибудет через час. Я поприсутствую, если ты не против.
- Я даже настаиваю. Доктор Челси,… что за птица? – Андрей откинулся на спинку кресла. – Черт знает что!
Иван Иванович ухмыльнулся и удобно устроился ждать переговоров в кресле у окна.

Юра зашел в реанимационную палату, проверил показатели приборов. Ира лежала бледная, под глазами синяки, во рту – трубки. Он тяжело вздохнул, проверил пульс и ушел. В коридоре он столкнулся с Владом. Увидев парня, Варшавский на секунду задумался и обратился к студенту.
- Владислав, у меня к Вам дело, идемте в учебный класс, там сейчас свободно.
- Юрий Михайлович, что-то случилось?
- Нет, просто у меня к Вам просьба и предложение.
Влад улыбнулся и с радостью пошел за «парнем» сестры. В учебном классе Юра присел на стол и сразу же начал:
- Я предлагаю Вам перейти операционным медбратом в хирургию, на смену Бухтеева Георгия Марковича. Здесь будет немалый опыт, а там глядишь, к Олегу Анатольевичу перейдете.
- Отлично! А что за просьба? Думаю, непросто так предложение.
- Точно, я просто так ничего не предлагаю. Вашу больную завтра выписывают. Я Вам дам больную Ирину Старцеву.
- Мне?
- Ну не Вике же я поручу за моей бывшей пассией наблюдать, а Вы за ней присмотрите, заодно эту пациентку, если все будет хорошо с головой, возьмет Георгий Маркович. Кстати, тогда попадете на операции Кузнецова, у Старцевой переломы. Еще операции две – три будет Олег Анатольевич делать.
- Купили, Юрий Михайлович! Согласен, вот уж точно, не Вике же!
- Договорились! – довольный Варшавский покинул учебный класс. Влад довольно потирал руки. «Неплохо быть братом любимой девушки «Я лечу»! Ха! Он меня заберет в операционные медбраты! Карьерка растет!»

В кабинет Воронцова вошел секретарь и сообщил:
- Андрей Владиславович, к Вам представитель доктора Челси, говорит, что ему назначено. А у меня не записано.
- Вячеслав, давай сюда его, он по форс-мажору.
- Понял, проходите, - в кабинет вошел мужчина средних лет и представился:
- Меня зовут Лопатин Николай Никифорович. Я представляю интересы доктора Лео Челси. Вы посмотрели наше предложение?
- Да, оно мне не кажется приемлемым.
- Почему? Ваша прибыль составит почти пол миллиона долларов.
- А меня условия работы не устраивают. Слишком много проблем возникнет. Зачем браться за контракт, который может похоронить мой бизнес?
- Ваш бизнес? Хоронить? Позвольте, а зачем?
- Так это у Вас, Лопатин Николай Никифорович, надо спросить, - Андрей вел беседу спокойно, давая понять, что истинные мотивы ему известны. Лозинский внимательно наблюдал за Лопатиным.
- Андрей Владиславович, я уверен. Вы уже знаете, что Ваши основные конкуренты не имеют отношение ни к этому контракту, ни к доктору Челси.
- Знаю. Чего Вы добиваетесь?
- Мы хотим, чтоб Вы заработали.
- Не смешите.
- Лопатин Николай Никифорович, - начальник безопасности включился в беседу. – Кто такой доктор Лео Челси?
- Лео Челси? Это неважно. Лео Челси проживает заграницей, здесь практически не бывает. Так что, это не имеет значения.
- Ладно, я понял, - Иван Иванович усмехнулся. – «Пробьем», - подумал он про себя.
- Итак, господа, сколько времени вам нужно для принятия решения? – представитель «мифического» доктора.
- Андрей Владиславович, я думаю, через три дня мы сможем дать ответ.
- Иван Иванович, не сомневаюсь в Ваших прогнозах, - Воронцов посмотрел на Лозинского, потом перевел взгляд на Лопатина. – Давайте мы назначим встречу на пятницу, на двенадцать.
- Хорошо, я приду в пятницу в полдень, - представитель доктора Челси встал, кивнул присутствующим и ушел.

Довольный Влад ввалился в комнату отдыха. Студенты уже разошлись. Остался он, Снежана у больной с панкреатитом и Вика, где-то бегавшая по своим больным. Проведя мини – расследование, он узнал, что его пациентка терапевт Ирина Алексеевна Старцева села за руль нетрезвой после веселого девичника. Воронцов сел на диван, бросил взгляд на часы и прикрыл глаза. Есть минут десять, если «Я лечу» не просквозит, значит, завтра он уже не выходит в ночь на «скорую». Заканчиваются ненормированные дежурства, все будет стабильно ночь через две. «Варшавский, кажется, может все! А вот Бухтеев, чувак спокойный, может многому научить, а там и с Кузнецовым поработать получится…» - мечтал Воронцов.
Вика, посетив Рублеву и реанимацию устало забрела в студенческую. «Подремать бы минут десять» - подумала девушка, но, увидев брата, поняла, отдыха не получится.
Влад открыл один глаз, посмотрел на сестру и улыбнулся. Он просто распирался от желания все рассказать Вике, но решил это удовольствие растянуть.
- Вик, иди сюда, - когда девушка присела рядом, брат обнял сестру и тихо шепнул на ухо. – Твой «Я лечу» совсем не зверь.
- Знаю, он… - Вика закрыла глаза и улыбнулась.
- Сестренка, ты на ту идиотку из терапии не обращай внимания. Я тут справки навел, эта автомобилистка была за рулем выпившая, не справилась на мокрой дороге и… Ее к нам привезли, а еще двоих, из машины, в которую она врезалась, во вторую городскую.
- Она была пьяной? – Вика удивилась. – Но Ирина – врач, как она…
- Вик, женщина за рулем – это обезьяна с гранатой, - Влад усмехнулся
- Да ну тебя, мама тоже водит машину, и я научусь.
- Ага, я твоему Юрочке расскажу про идею вождения! – Влад рассмеялся. – Посмотрим, какую машину ты будешь водить после этого!
- И какую же? – Вика напряглась, ожидая подкола от брата.
- Как какую, Вика? Стиральную! Ну, или швейную, тебе какая больше нравится?
- Иди ты Воронцов к черту, я хочу отдохнуть, - она закрыла глаза, удобно устроилась на плече брата. Сказалась усталость трудного дня. Она мгновенно заснула.
Снежана тихо вошла в студенческую и улыбнулась увиденному: брат с сестрой мирно сопели в обнимку сидя на диване. Девушка осторожно, чтоб не напугать спящих, переоделась, посмотрела на часы и решила, что компанию пора будить. Она подошла к любимому, чмокнула его в щеку и тихо сказала на ухо:
- Доктор Воронцов, куратор вызывает!
При этих словах мгновенно проснулись и Вика и Влад. Вика протерла глаза, посмотрела на Снежану и улыбнулась:
- Все ясно, в семье Воронцовых добавился еще один приколист.
- Моя школа! – гордо пробурчал Влад. – Вик, ты с нами?
- Нет, мне еще надо в реанимацию зайти.
- Понятно, – Влад наклонился к уху сестры и шепнул. – Надеюсь, довезет до дома?
- Снежан, забирай этого зануду, а то я его сейчас… - Вика замахнулась, Влад, памятуя о стукнутой коленке, прикрыл ноги, и тут же заработал подзатыльник.
- Так всегда, тебя сестренка предугадать невозможно!
Быстро собравшись, Влад и Снежана ушли, оставив Вику одну. Девушка быстро достала мобильный и набрала номер Юры. Тут же она услышала родное:
- Да, Варшавский.
- Юра, я собираюсь в реанимацию сходить. Ты не против?
- Малыш… я с тобой. Давай в ординаторскую дуй, Пашкина еще пол часа не будет.
Вика улыбнулась, отключила телефон и быстро направилась в ординаторскую.
Юра, уставший и задумчивый, сидел на диване. Он улыбнулся, когда вошла Вика, и тихо сказал:
- Это со стороны может показаться глупым, но мне почему-то страшно заходить к ней. То ли какой-то комплекс вины, то ли опасение осложнений.
- А мы вместе сходим. Тебе сейчас не надо быть одному, - Вика села рядом и обняла Юру. Она уткнулась в плечо Варшавского, вдыхая запах его силы и мужественности.
- Какая ты у меня волшебная, Сказка, - Юра гладил ее голову. – За что мне такое счастье привалило?
- За то, что в операционной ты – первый после Бога, - промурлыкала Вика.
- Не говори так, а то зазнаюсь, - усмехнулся хирург.
- Юр, а давай мы, потом, к морю сходим. Вода успокаивает…
- Не, потом я тебя украду и… - в коридоре послышались шаги. Юра в мгновение ока пересел за стол. – И мы с Вами посетим больного с сотрясением, - улыбаясь, закончил он. В ординаторскую вошел доктор Пашкин.


Время, сталкиваясь с памятью, понимает, как оно бесправно Благодарность: 0 
ПрофильЦитата Ответить
Ответов - 79 , стр: 1 2 3 4 5 6 Все [только новые]
Ответ:
1 2 3 4 5 6 7 8 9
видео с youtube.com картинка из интернета картинка с компьютера ссылка файл с компьютера русская клавиатура транслитератор  цитата  кавычки оффтопик свернутый текст

показывать это сообщение только модераторам
не делать ссылки активными
Имя, пароль:      зарегистрироваться    
Тему читают:
- участник сейчас на форуме
- участник вне форума
Все даты в формате GMT  2 час. Хитов сегодня: 22
Права: смайлы да, картинки да, шрифты нет, голосования нет
аватары да, автозамена ссылок вкл, премодерация вкл, правка нет



Ссылки на произведения наших авторов
-